Содержание материала

 

Преддверие

"Но война была не только проклятием. Она была вместе с тем великой школой испытания и проверки всех сил народа. Война обнажила все факты и события в тылу и на фронте, она безжалостно сорвала все покровы и прикрытия, скрывавшие действительное лицо государств, правительств, партий, и выставили их на сцену без маски, без прикрас, со всеми их недостатками и достоинствами. Война устроила нечто вроде экзамена нашему советскому строю, нашему государству, нашему правительству, нашей коммунистической партии и подвела итоги их работы, как бы говоря нам: вот они, ваши люди и организации, их дела и дни, - разглядите их внимательно и воздайте им по их делам.

В этом одна из положительных сторон.
Наша победа означает прежде всего, что победил наш советский общественный строй, что советский общественный строй с успехом выдержал испытания в огне войны и доказал свою полную жизнеспособность. Как известно, в иностранной печати не раз высказывались утверждения, что советский общественный строй является "рискованным экспе

 

риментом, обреченным на провал", что советский строй представляет "карточный домик", не имеющий корней жизни и навязанный народу органами Чека, что достаточно небольшого толчка извне, чтобы этот "карточный домик" разлетелся в прах:
Теперь речь идет о том, что советский общественный строй оказался более жизнеспособным и устойчивым, чем несоветский общественный строй, что советский обществен ный строй является лучшей формой организации общества:
Как известно, видные деятели иностранной печати не раз высказывались в том духе, что советское многонациональ ное государство представляет собой "искусственное и нежизненное сооружение", что в случае каких- либо осложнений развал Советского Союза является неотвратимым, что Советский Союз ждет судьба Австро-Венгрии: Эти господа не поняли, что аналогия с Австро-Венгрией несостоятельна, ибо наше многонациональное государство выросло не на буржуазной основе, стимулирующей чувства национального недоверия и национальной вражды, а на советской основе, которая, наоборот, культивирует чувства дружбы и братского сотрудничества между народами нашего государства:
Война показала, что Красная Армия является не "колоссом на глиняных ногах", а первоклассной армией нашего времени, имеющей вполне современное вооружение, опытнейший командный состав и высокие морально-боевые качества. Не нужно забывать, что Красная Армия является той самой армией, которая наголову разбила германскую армию, вчера еще наводившую ужас на армии европейских государств:
Чтобы принять удар такого врага, дать ему отпор, а потом нанести ему полное поражение, для этого необходимо было иметь, и притом в достаточном количестве, такие элементарные вещи как: металл _ для производства вооружения, снаряжения, оборудования для предприятий и транспорта; хлопок _ для производства обмундирования; хлеб _ для снабжения армии:

 

На подготовку этого грандиозного дела понадобилось осуществление трёх пятилетних планов развития народного хозяйства. Во всяком случае, положение нашей страны перед второй мировой войной, в 1940 году, было в несколько раз лучше, чем перед первой мировой войной, в 1913 году:
Такой небывалый рост производства нельзя считать простым и обычным развитием страны от отсталости к прогрессу. Это был скачок, при помощи которого наша Родина превратилась из отсталой страны в передовую, из аграрной _ в индустриальную.: Если при этом принять во внимание то обстоятельство, что первая пятилетка была выполнена в течение 4 лет, а осуществление третьей пятилетки было прервано войной на четвертом году её выполнения, то выходит, что на превращение нашей страны из аграрной в индустриальную понадобилось всего 13 лет:
Советский метод индустриализации страны коренным образом отличается от капиталистического метода индустриализации. В капиталистических странах индустриализация обычно начинается с лёгкой промышленности, Так как в лёгкой промышленности требуется меньше вложений и капитал оборачивается быстрее, причём получение прибыли является более лёгким делом, чем в тяжёлой промышленности, то лёгкая промышленность становится там первым объектом индустриализации. Партия знала, что война надвигается, что оборонять страну без тяжёлой индустрии невозможно, что опоздать в этом деле _ значит проиграть. Большую помощь в этом деле оказала национализация промышленности и банков, давшая возможность быстрого сбора и перекачки средств в тяжёлую индустрию.
Чтобы покончить с нашей отсталостью в области сельского хозяйства и дать стране побольше товарного хлеба, побольше хлопка и т.д., необходимо было перейти от мелкого крестьянского хозяйства к крупному хозяйству, ибо только крупное хозяйство имеет возможность применить новую технику, использовать все агрономические достижения и дать

 

побольше товарной продукции. Коммунистическая партия не могла стать на капиталистический путь развития сельского хозяйства не только в силу принципиальных соображений, но и потому, что он предполагает слишком длительный путь развития.: Поэтому коммунистическая партия стала на путь коллективизации сельского хозяйства:
Не только отсталые люди, всегда отмахивающиеся от всего нового, но и многие видные члены партии системати чески тянули партию назад и старались всячески способами стащить её на "обычный" капиталистический путь развития. Но партия не поддавалась ни угрозам одних, ни воплям других и уверенно шла вперёд, несмотря ни на что." /И. Сталин/

Иосиф стравил волчьи стаи друг с другом и уничтожил пятую колонну её же зубами. Во имя спасения стада Господина.

- Продли НЭП ещё на двадцать лет, - искушал Вельзевул Иосифа, - А там до бесконечности. И станешь, как мы, хватит тебе идти против течения. Поклонись Мамоне, и все богатства мира будут твои. А так ведь помрёшь в стоптанных ботинках, и похоронят тебя в старом мундире... И охранники твои обернутся волками, и Пимены твои станут борзописца ми, твои Орфеи будут служить шутами за косточку с барского стола...

Но он всё отверг, памятуя:

"Падут пред ним жители пустынь, и враги его будут лизать прах.

И поклонятся ему все цари; все народы будут служить ему.

Ибо он избавит нищего, вопиющего, и угнетённого, у которого нет помощника.

Будет милосерд к нищему и убогому, и души убогих спасёт.

От коварства и насилия избавит души их, и драгоценна будет кровь их пред очами его". /Пс. 71:9, 11-14/


- Ты в крови, Иосиф, - говорил Вельзевул,- Подумай о душе своей - ведь отвечать придётся...

" ...пастырь добрый полагает жизнь свою за овец;

А наёмник, не пастырь, которому овцы не свои, видит приходящего волка и оставляет овец и бежит, и волк расхищает овец и разгоняет их;

А наёмник бежит, потому что наёмник, и нерадит об овцах"./Иоан. 10:11-13/

* * *

Наутро она поехала в Златогорье.

Варя объяснила: ориентир - от железнодорожной станции "Знаменки", или "Совхозная", до них около четырёх километров. Прежде в тех краях действительно было несколько передовых хозяйств, снабжавших Москву и Подмосковье молоком, мясом, розами и картошкой. Хозяйства в перестройку благополучно развалились, не выдержав конкуренции с "ножками Буша", луком из Турции и голландскими хризантема ми, а также цен на энергоносители, на бензин (всё-таки 45 км. от Москвы), налогов, а главное, рыночного соблазна купил-перепродал. Зачем что-то выращивать в зоне рискованного земледелия, когда можно просто безо всяких проблем перетаскивать через бугор мешки с барахлом и жратвой, если, конечно, позволяет здоровье? Об этом поведал Иоанне попутчик Саня, который проголосовал у станции, посетовав, что маршрутка только что ушла, а воспользоваться велосипедом /златогорцам выдавались на станции велосипеды, доехал и сдал/ не может из-за травмы ноги.

Обычные велосипеды и велоколяски. Сам Саня изанином не был, просто работал в колбасном цехе в подшефном Златогорью совхозе. Саня сказал, что теперь все окрестные хозяйства "легли под Златогорье". Нет, они не "союзники", таковые в хозяйствах есть, но мало, а в основном, как они, подшефные. То есть составляется договор: мы - вам, вы - нам. Построены новые или отремонтированы фермы, молокоза

вод и колбасный цех, теплицы, минипекарни... Подшефные могут пользоваться столовой, детсадом, яслями и спецшколой, спортивным и медицинским комплексами, бытовыми услугам и т.д. Потом сумма услуг в "златах" или "златиках" (условная единица Изании, приравненная к рублю) вычитается из вознаграждения за работу данного гражданина по договору, а разницу можно или доплатить, или получить на руки в обычных рублях. В любом случае выгодно - на всём готовом, как при коммунизме. А "союзники" (настоящие изане) - вообще при коммунизме. В магазины никогда не ходят, а бабки с собой таскают только на мелкие расходы. Весь заработок - на личный счёт - и заработанное в Изании, и на стороне. Вычитаются расходы на бытовуху, а разница, если таковая имеется, идёт не на пьянку, баб и всякое там барахло или недвижимость, -а на высокие материи, благие цели. Да нет, это не благотворительность, это действительно круто, - большой бизнес, вроде восстановления производства по всей стране, инвестиций в научные разработки и передовые технологии... Многие получают огромные прибыли, небось, счета зашкалило. Но правило у них одно - ничего на личное обогащение и прихоти, только на дело. И не так, чтоб академик жрал икру и купался в шампанском, а уборщица мылась в корыте и жевала частик в томате. Никаких необоснованных привилегий.

- Не ропщут академики?

- Так ведь это вроде монастыря, академики сами такой устав придумали.

ТАК ГОВОРИЛ ЗЛАТОВ...

- Цель не внешняя - что-то там построить или улучшить, цель внутренняя -занять своё место, свою, предназна ченную Творцом нишу.

"Мы рождены для вдохновенья"... То есть для высокого творчества, где Путь, Истина и жизнь вечная. "Да будет Воля Твоя на земле, как на Небе". Свобода для осуществле

ния Замысла - вот наша цель Нестяжание, аскеза, даже единение и чистота - всё это лишь средства. Путь к освобожде нию. Освобождению ДЛЯ Бога, а не ОТ Бога. Здесь - разница между двумя цивилизациями.

Свобода в Боге для осуществления Замысла в этой жизни и в жизни Будущего Века. Творчество в Доме Отца. Самоотверженность и единство...

Самоотверженность вплоть до подвига смертного возможно и в фанатичном идолопоклонстве типа национализ ма, фашизма... Духа Света от духа злобы и тьмы можно отличить по плодам, как учит Господь. Даже не по внешним успехам нашей страны, например, выигранной страшной войне, а по состоянию душ человеческих в те годы. Книги, песни, фильмы двадцатых - сороковых свидетельствуют об осуществлении высокого предназначения народа, независимо от количества церквей и внешней религиозности. Равно как нынешнее позирование вождей перед камерой не имеет никакого отношения к подлинной духовности. И произрастают на этом дереве уродливые, гнилые и ядовитые плоды.

"Слушай свой внутренний компас, указывающий Путь. Это особенно важно в последние времена. Говорим ли мы в храме: "Господи, помилуй!", или молимся: "Прекрасное Далёко, не будь ко мне жестоко!" - важно - лишь "от чистого истока" начать восхождение.

Очень трудно отобрать у того, чья цель - как можно больше отдать. Но Егорка сетовал, что власти ухитряются и Златогорье обложить трудностями.

Волки стерегут овец лишь с целью их сожрать...

* * *

- Чего академикам роптать - они добровольцы, - пожал Саня плечами - У нас союзников зовут "блаженными". У меня

сосед изанин. Пятнадцать тысяч баксов на счету у мужика, не знаю уж сколько это в рублях или златиках.Что-то возводит. Себе - ни копеечки.

- Ну а если у жены день рождения, надо подарок купить?

- Если причина уважительная - снимаешь нужную сумму со счёта - мол, для такой-то цели. Но любовнице шубу уже не купишь - все расходы на виду. И если всё время нарушать устав - могут спросить: а зачем ты, собственно, сюда пришёл, парень? В общем, вертятся все его денежки в деле, умножаются, носится он со всякими крутыми проектами и смеётся, что и многих миллионеров так изображали - все денежки в деле, а сам сидит над яйцом всмятку да жену за расходы пилит. Ну, эти-то на всём готовом, никаких счетов. Самый сейчас популярный - проект "Союз" -восстановление связей после всех наших суверенитетов. Бездонная бочка, но сосед, да и многие теперь, не только в Изании, новым "Союзом" бредят. Сосед рассказывает - люди изан со слезами встречают, обнимают, будто родную армию после оккупации.

Нет, он, Саня, пока ещё не созрел для подвигов, он привык после работы стаканчик с ребятами пропустить, да и по бабьей части... А у блаженных с этим строго.

- Но как трудно "не казаться, а быть," - подумала Иоанна, - первые христиане, первые коммунисты. А теперь что? - Первые изане?..

Ехали то полем, то лесом - обычный пейзаж, правда, с приметами "великих строек", о которых Иоанна немало наслышалась. Часто попадались на дороге грузовики со стройматериалами, песком и гравием, бетономешалки. Мелькали стройплощадки с башенными кранами. Саня рассказал, что златогорцы здесь неподалёку раскопали карьер и наладили производство какого-то особого строительного камня.

Иоанна, хоть и вполуха, но слушала, дивилась. Денис - вот что саднило и болело, как заноза - довезут ли живым,

поможет ли ему это егоркино царство, о котором рассказыва ют такие были-небыли?

Само Златогорье, территория бывшего санатория-про филактория, было окружено бетонным забором ещё со старых времён, кое-где заметно подновлённом. У проходной дежурили охранники в фиолетовой изановской форме, правда, без пушек, но, как потом выяснилось, пистолеты всё же были. Любителей наездов на Златогорье, скандалов и провокаций было предостаточно, не говоря уже о рядовых халявщиках и воришках.

ТАК ГОВОРИЛ ЗЛАТОВ...

Мы в плену у времени. "Ты вечности заложник у времени в плену". Мы убиваем время, а оно - нас. И оно всегда побеждает. Единственный способ обрести свободу - для начала перестать убивать время. Этим и занимается Изания. Наши возможности ограничены, мы можем освободить человека от власти дурной необходимости, дурной материи и дурной количественной бесконечности. Это -внешнее освобождение и само по себе ничего не значит. Точнее говоря, мы освобождаем не самого человека, а его время. Время из мёртвого становится живым. Мы не знаем, что делать с нашим освободившемся временем и с собой. Время живо, но мы-то мертвы. Теперь нам предстоит освободиться от самих себя, от собственной мёртвой самости и превратить наше время в вечность. Это - единственный способ обрести подлинную свободу и спастись. Восхождение. Три ступени подчинения ведут к этой божественной Свободе: 1.Подчинить тело разуму. 2.Победивший тело разум должен подчиниться духу. 3.Победивший разум дух должен подчиниться Богу, открыться для Его животворящей благодати. И тогда, отсохшая ветка прирастёт к лозе, и ты, блудный сын, вернешься в Дом Отца, в царство Света, Истины и Свободы. И твоё время обернётся вечностью, твоя земная правда Истиной, твоя земная беспомощная дилетантская отсебятина - Замыслом, а жалкая по

хоть - Любовью Небесной. И ты поймёшь, наконец, что Свобода - не дурная возможность выбрать тьму внешнюю вне Дома Отца, а великое право приобщённости к Божественной Свободе Творца.

Коллективное бессознательное народа отвергло отступившую от христианства власть последних двух предреволюционных веков, приняло идеи коммунизма, как максималь но приближенные к христианству. И пока была в нём и вера в вождей, народ делал чудеса и спасался. Но власть снова пала, изменив идее. И народ так же отвернулся от лжекоммунис тов, как когда-то от лжехристиан. И не принял Вампирию, бессознательно отторгая её, предпочитая протестную смерть вживанию в противную душе жизнь.

Коллективное бессознательное - это и есть стихийное движение на Зов, следуя показаниям внутреннего компаса. Это позволяет богоизбранному народу угадать Путь и двигаться на Голос, вопреки всякого рода ярлыкам, теориям и соблазнам вампиров и обслуживающих их лжепастырей.

Главный вампир - мистическая фигура, живой труп, бессмертное зло, подпитывающееся народной кровью. Его порой даже жалко, он мучается от своего бессмертия и от своей злой разрушительной сущности, как в американских ужастиках. Он - пленник духов злобы поднебесной, обрушившихся на Русь, ринувшихся в окна и двери российского храма, подобно нечисти в Гоголевском Вие.

Иногда коллективное бессознательное вписанного в сердце Закона, внутренняя стрелка компаса избранников, безошибочно поворачивающая на Зов пастыря Небесного, указывает мимо храма. Так было в России послепетровской, так происходит и сейчас, когда нищая паства порой видит пастырей в мерседесах, благословляющих власть Вампирии. Тут, в первую очередь, для каждого мыслящего прихожанина встаёт вопрос: а не ставят ли таким образом пастыри себя и свою

состоятельную паству в положение евангельских богачей, которые попадут в ад лишь за то, что пируют, когда внизу на ступеньках сидит нищий Лазарь? И не вводит ли этот терпеливый нищий Лазарь своего брата по вере-богача в соблазн, подставляя покорно и терпеливо его вампирским зубам свою шею и думая со злорадством: "пей, пей, зато я попаду в рай, а тебя, шакала, в геенну упеку на веки вечные!" Не гуманнее было бы, во всяком случае, с точки зрения верующего в бесконечную ценность для Бога каждой души человеческой, не проповедовать о пагубности вампиризма /пророков, как написано в этой притче, никто не слушает/, а совершить по возможности бескровный переворот, заставив богача жить по заповедям, пусть нанеся урон его собственности, но зато отстояв его душу? Иными словами - не является ли неверно понятая христианская догма о смирении и терпении в отношении ко злу - тем более не к твоим личным врагам, а к растлителям, обидчикам слабых и угнетённых, - никакой не добродетелью, а сеянием и умножением вселенского зла? Служением не Христу, а князю тьмы, обманом и оборотничеством. Ибо жертва вампира - вовсе не святой, а потенциальный вампир, ждущий лишь момента в свою очередь вцепиться в глотку более слабого.

Иными словами, я своим терпением ввожу ближнего в соблазн. То есть, если я хочу погубить какого-то ненавистно го врага, я должен спокойно позволить ему отнять мою собственность (как и произошло в стране 90-х, позволить положить кому-то в постель мою жену и продать на панели дочь, провозгласив это "свободой", а хищника-банкира, грабителя "посадить на трон"). И "провозгласить героем палача".

Если грех - болезнь к смерти, то как мы можем давать в руки такого больного руль управления? - это простительно неразумной толпе, но не христианам в так называемом "демократическом" обществе, где правителей выбирают и есть возможность влиять на ход истории. Выбирая "вампиров" во власть, мы не только вводим правителя в соблазн творить

гиперболизированное зло, а его подданных - подчиняться злой силе (ибо что не от Бога, то от дьявола), но и сами выступаем в роли орудия соблазна для "малых сих". Которым мы навязываем не жесткую власть, о коей сказано, что она "от Бога", ибо послана нам в наказание, но власть растлевающую, нарушающую все заповеди, которую объявить "от Бога" - кощунственно. Мы выступаем таким образом в роли тех, "кому лучше было бы вообще не родиться".

Итак, внутренний компас иногда указывает мимо храма, но тут верующий ни в коем случае не должен ввести в соблазн себя и других, чётко отделив Церковь, как мистическое тело Христово, которую "врата ада не одолеют", Церковное Евангельское учение, Откровение, таинства, соборность, Божественную благодать, данную при соборной молитве, от болезней и немощей земных церковных общин. Не к ним ли можно отнести порой слова Божии; адресованные Ангелу Лаодикийской церкви:

"Ибо ты говоришь: "я богат, разбогател и ни в чем не имею нужды"; а не знаешь, что ты несчастен и жалок, и нищ и слеп и наг.

Советую тебе купить у Меня золото, огнём очищенное, чтобы тебе обогатиться, и белую одежду, чтобы одеться и чтобы не видна была срамота наготы твоей, и глазною мазью помажь глаза твои, чтобы видеть.

Но как ты тепл, а не горяч и не холоден, то извергну тебя из уст Моих". /От. 3:17-18,16/

То есть фарисейство церкви земной иногда приводит к отречению Господа от такой церкви, дабы не вводить стадо Христово в соблазн атеизма или идолопоклонства, отступления от Бога Истинного. Нельзя отожествлять несовершенную церковь земную с Божественным учением. Это всё равно что отрицать из-за перегоревшей электрической лампочки наличие в природе электричества. Что, собственно, и произошло в послепетровской России, когда самые лучшие и совестливые мужи страны отвернулись от церкви земной и впали в

соблазн материализма во-многом из-за несоответствия показателей стрелки внутреннего компаса совести и социальной политики церкви земной.

Вина этих "мужей" состоит в том, что они нарушили данный при крещении обет воинов Христовых и "умыли руки" вместо того, чтобы ревностно чинить электропроводку и донести до народа Свет Христов. В чём и состоит мистическая функция элиты - служить проводником между церковью и народом, воздействуя на ум, эстетические чувства и душевность. Трагическая ошибка - высылка Лениным религиозных философов.

Чем всё кончилось, мы хорошо знаем. Был Огонь, который попалил целую эпоху, но Огонь очищающий. И смеем утверждать, что после войны/ за исключением хрущёвской эпохи/ началось возрождение церкви. Но после развала СССР, несмотря на внешний "церковный бум" - вновь порой приземление, обмирщение церкви, чтобы не сказать об отдании Богова кесарю и даже о прямом служении кесарю. И если с амвона опять будут говорить о терпении и смирении в отношении оккупировавших страну растлителей, хищников и воров, внутренний компас народного бессознательного вновь укажет мимо храма, и народ отвергнет "такую истину".

Слова Господа о "непротивлении злому" /не "злу", а злому человеку!/. Речь здесь идёт о твоих личных обидчиках и врагах, о бытовых дрязгах из-за собственности, столь распространенных в Иудее тех времён. О стычках, принижающих душу, а отнюдь не о мировом Зле, когда от воинов Христовых в отношении даже самых близких требуется непримиримость: "Не мир я принёс на землю, но меч"... "Разделить мужа с женой, дочь с матерью" и "Пусть мертвые хоронят своих мертвецов"... Тот же мотив "живого трупа", "мёртвых душ". И "кто не откажется от всего ради Меня и Евангелия, тот недостоин Меня".

Что же касается смирения и терпения Спасителя в момент ареста, допроса, поношения и распятия, Его нежелания

"освободить Себя", то это объясняется Божественным жертвенным подвигом Искупления Своею Кровью, Великой Жертвой во имя спасения павшей твари, которую принёс Взявший на себя грехи мира. Исполнить Замысел. Волю Отца.

Таким образом, мы полагаем, что церковно-социальная проповедь, благославляющая власть хищников, воров и растлителей, является соблазном для верующих и ищущих веру, готовых её принять. Ибо Бог - Путь, Истина и Жизнь. То, что отчаявшиеся приходят искать в храм, как бы предаёт их, становится на сторону лжи, греха, несправедливости. И люди отвергают "такого бога", отожествляя Творца с кесарем-обид чиком. "Никто не даст нам избавленья, ни Бог, ни царь и ни герой". И ищут освобождения "своей собственной рукой", то есть кровью и революцией. Церкви и священники, "не дающие избавленья", становятся в глазах толпы врагами и подвергаются вместе с правящим классом репрессиям.

"Господа" - над кем? Народ Божий должен подчинять ся лишь Господу и Его священству. И мирской власти, если она не требует отдавать Божье кесарю. Всё прочее - грех идолопоклонства, человекоугодия. "Служить бы рад, прислуживаться тошно".

Не покорность мировому злу и не новая дерзновенная попытка победить его, влив в очередной раз молодое вино в старые мехи, а ВЫХОД из СРЕДЫ ЗЛА / "Выйди от неё, народ Мой"/. Прорастание сквозь толщу зла к Свету, объединяясь, срастаясь кровеносными сосудами с животворящими корнями божественного Древа Жизни, - вот путь Изании.

Однако самой великой подлинной Революцией будет Судный День, когда свершится кровавый радикальнейший мистический вселенский переворот, - насильственное окончательное уничтожение зла. Великая Жатва.

"Он был облечён в одежду, обагрённую кровию. Имя Ему: Слово Божие". /Отк. 19:13/


"Из уст же Его исходит острый меч, чтобы им поражать народы. Он пасёт их жезлом железным; Он топчет точило вина ярости и гнева Бога Вседержителя". / 19:15/

"Боязливых же и неверных, и скверных и убийц, и любодеев и чародеев, и идолослужителей и всех лжецов - участь в озере, горящем огнем и серою; это -смерть вторая". /21:8/

"И не войдёт в него ничто нечистое/ в Град Божий - ред./, и никто преданный мерзости и лжи, а только те, которые написаны у Агнца в книге жизни". /21:27/

"Или не знаете, что неправедные Царства Божия не наследуют? Не обманывайтесь: ни блудники, ни идолослужители, ни прелюбодеи, ни малакии, ни мужеложники,

Ни воры, ни лихоимцы, ни пьяницы, ни злоречивые, ни хищники -Царства Божия не наследуют". / 1Кор. 6:9-10/

"Уже и секира при корне дерев лежит: всякое дерево, не приносящее доброго плода, срубают и бросают в огонь;..

Лопата Его в руке Его, и Он очистит гумно Своё, и соберёт пшеницу Свою в житницу, а солому сожжёт огнём неугасимым" . /Мф. 3:10, 12/.

"Поле есть мир; доброе семя, это - сыны Царствия, а плевелы - сыны лукавого;

Враг, посеявший их, есть диавол; жатва есть кончина века, а жнецы суть Ангелы.

Посему, как собирают плевелы и огнём сжигают, так будет при кончине века сего:

Пошлёт Сын Человеческий Ангелов Своих, и соберут из Царства Его все соблазны и делающих беззаконие

И ввергнут их в печь огненную; там будет плач и скрежет зубов;.." /Мф. 13:38-42/

- Мы - воины, ратники этой Великой Грядущей Революции, о которой молимся: "Чаю воскресения мертвых и жизни будущего века".

Это не будет победа одного класса над другим, жертвы над хищником, ибо каждая жертва потенциально - хищник, ждущий своего часа.


Это не будет победа национальная, расовая, политичес кая, ибо всё это -идолопоклонство.

Это будет не просто победа разума над плотью, духа над плотью и разумом,- дьявол вообще не имеет плоти, не ест, не спит и не пьёт, и разум у этого бывшего всесильного ангела беспределен.

Это даже не будет победа смирения и самопожертвова ния над самостью и гордостью, ибо и идолопоклонники самозабвенно и смиренно служат своему идолу.

Это не будет и победа над дьяволом, ибо дьявол изначально побеждён Творцом.

Речь может идти лишь о твоей личной победе, о твоей роли в осуществлении Замысла Творца, - подарить по "образу и подобию" детям своим счастье подлинного Бытия.

Но нет подлинного Бытия вне Царствия, вне дома Отца, НЕОБХОДИМОСТИ жить в доме Отца. И нет подлинного Бытия без СВОБОДЫ, добровольного избранничества этой Несвободы, этой Необходимости - вернуться блудному сыну в Дом Отца.

Как примирить эту трагическую несовместимость, послужившую началом истории с момента первого непослуша ния наших прародителей Творцу? И принесшую столько страданий и горя человечеству на пути "к солнцу от червя?"

Этот вопрос по Замыслу решается лишь индивидуаль но, в каждой конкретной душе, мы сами подписываем себе смертный приговор или путь в Жизнь. Каждый - себе лично. В этом и состоит наша свобода.

Нам дано великой милостью Отца временное стареющее тело и смерть, чтобы мы могли через болезни и скорби, через временное и тленное затосковать о Подлинном и Вечном. О том миге, когда смерть освободит нас, и мы скинем страдающее бренное тело, как изношенную кожу.

Нам дан вписанный в сердце Закон, мы слышим Зов, когда ХОТИМ его услышать. Но даже когда мы закрываем дверь перед Творцом, Он терпеливо, смиренно ждёт нашего решения.


Он дал нам разум отделить подлинное от мнимого. От лжи, тлена и грязи.

Он дал нам душу, дал гармонию и красоту окружающего мира и возможность оценить эту пусть бледную, но тень мира Горнего.

Он сотворил для нас пространство и время - место и время подумать и выбрать. Он даже сам стал одним из нас, человеком, пострадал и умер за нас ужасной, мучительной смертью, искупил нас Своей бесценной Божественной Кровью. Выкупил нас у работорговца, дьявола, этой Кровью. А мы, безумные, снова, возвращаемся в камеру вечных пыток и вечной смерти.

Творец отдал нам всё, что мог. Он не может лишь насильно спасти нас, насильно вернуть в Царствие, в Дом Отца. Вне Которого нет Жизни, лишь тьма внешняя, ибо всё земное рано или поздно рассыплется прахом. Это не жестокость Творца, это - необходимость, следствие дарованной нам Свободы. Ибо без Свободы нет Царствия, а вне Царствия нет Жизни. Нет жизни вне послушания Творцу и нет жизни вне Свободы. То есть "путёвка в жизнь" по Замыслу - свободно избранная необходимость идти на Зов к дому Отца, падать, спотыкаться, подниматься, поднимать ближнего, идущего рядом, и снова идти на Голос. Помня, что "дорогу осилит идущий".

Это и есть "царствие Божие внутри нас" - свободно избранная необходимость идти на Зов.

Замысел не касается всего падшего человечества - это было бы нарушением Свободы. А лишь "избравших". Мы "куплены дорогой ценой". Нам даны время, здоровье, силы, разум, душа, красота мира, мы искуплены Божественной Кровью у похитившего нас рабовладельца. И любящий, всё простивший Отец ждёт нас на пороге вечного и прекрасного Отчего Дома. И если мы после этого предпочитаем пир во время чумы во тьме внешней - кого и что нам упрекать, кроме своего безумия. Мы сами подписываем себе смертный приговор стать исторической соломой.


Господь - Хозяин Виноградника, а мы, избравшие путь на Зов, - Его садовники. Которые в ожидании Великой Вселенской революции, осуществлённого Замысла, Судного Дня - отделения избравших от отвергнувших, живых плодонося щих ветвей от засохших, - не должны дерзать самолично вырезать кажущиеся нам мёртвыми ветки - лишь Хозяин ведает, есть ли в них жизнь. Долг наш -заботиться о виноградни ке, охранять от врагов и расхитителей, взращивать с терпением и любовью. Помочь лозе прорасти сквозь камни и тернии, привить дикую - к родной, и не роптать, когда дичок колет нам руки или кажется безнадёжно усохшим.

Так мы должны жить в ожидании, в чаянии Великой Революции конца времён и Судного Дня, не покладая рук увеличивая, умножая жатву Господню. Что же касается общественной жизни, то это всегда выбор из двух зол. И мы, выбирая, агитируя, голосуя, всегда должны бороться за тот распорядок, при котором виноградник, оставленный нам на время Господином, лучше сохранится и принесёт больший урожай. То есть за общественный строй, при котором будет меньше хищников, убийц, идолопоклонников, лжецов, воров, развратников, чародеев. Праздности, суеты бесполезной, соблазнов, ведущих к погибели - всего того, о чём так грозно предупреждает Закон.

И, конечно, вершить дела милосердия - ухода за виноградником. Терпеливо, с любовью, не ожидая земной награды и славы.

Нам ли, немощным, спасать всё человечество, если сам Господь спасает лишь избравших спасение? Отсев - суть Замысла, суть исторического процесса. Нам - взращивание и уход, жатва - Господину.

Разве вы не видите разницу: быть за оградой Вампирии и быть за оградой от Вампирии.

Коммунизм должен быть не с человеческим, а с богочеловеческим лицом.


* * *

Пропуск ей был заказан, и, как прежде во многих советских учреждениях, выдали жетон, который надо было вернуть на выходе.

Ей казалось, что она попала в Лужино времён общины. Те же выложенные кирпичными уголками клумбы вдоль дорожек, усыпанных пожухлой скользкой листвой, даже те же поздние лиловые флоксы, что и у неё так и растут до сих пор...

Отпечаток егоркиного детства?

Вари на месте не оказалось - на стройке случилось ЧП: двое ребят получили травмы и Варю вызвали в операцион ную. Об этом Иоанне сообщила Айрис, которая тоже куда-то спешила. Здесь вечно все куда-то спешили, как она потом убедится. Айрис от имени Вари передала, что они всё берут на себя - сегодня же свяжутся с клиникой в Риме.

Айрис, такая миленькая, домашняя, со вздёрнутым носиком, пушистыми ресницами и очаровательным акцентом, вылитая Франческа Гааль в роли Петера - со взлохмаченной мальчишеской стрижкой и в комбинезоне. Она не просто была, как выразилась Варя, "компьютершей", она сама, как компьютер, выполняла тысячи операций. Чинила моторы - автомобильные, тракторные, стиральные, колодезно-насосные, часовые механизмы; пела на концертах вместе с Егоркой свои "кантри", доила коров и командовала всеми фиалочками-черниль ницами и сизарями Златогорья. Отдавая распоряжения, возмущённо вскидывала ресницы? "Ти ещё здесь? А ну мухой!"

Это было ее любимое русское выражение. И ещё она любила загар. Улучив свободную минутку, лежала под кварцем, хоть Варя и уверяла, что это вредно, и всегда выглядела, будто только что отгуляла отпуск в Сочи. Слабостей у супергёрл Айрис не было вообще.

Но это Иоанна узнает потом, а сейчас, пока спешащая куда-то Айрис заверяла её, что с Денисом всё будет в порядке, - запросят историю болезни, узнают точный диагноз, возможна ли транспортировка и когда, организуют самолёт и спец

машину от аэродрома до места... Будет это Златогорье - если позволит состояние больного, или одна из московских клиник, где у них свои врачи, решится на месте.

Первый глоток живой воды, чудо... В ситуации, когда любая мелочь казалась неразрешимой и не оставалось ни физических, ни духовных сил барахтаться, когда ещё вчера она в безумии катала на ладони кроваво-красные горошины, за которые придётся теперь долго каяться на исповеди,.. - вдруг это, казалось бы, стандартно-рекламное "мы возьмём на себя все ваши проблемы". Но не лицемерный способ, воспользо вавшись вашими бедами и слабостями, содрать с вас как можно больше, и не акт милосердия кого-то из друзей, которым стыдно пользоваться, когда вокруг столько проблем и горя, а как естественный образ жизни , где каждый просто честно работает на всех и каждого.

Над всем этим Иоанна тоже будет размышлять потом, когда по велению безумно занятой своим виртуальным хозяйством Айрис постучится в нужную комнату.

- Заходите, товарищ. Да, я в курсе, садитесь. Хотите чаю?

Фиалочка, чернильница... Ребят же звали "сизарями" - тоже из-за лилово-чернильно-фиолетового цвета формы. Эта, скорее, была "фиалочкой" - розовощёкая, с русской косой, но современной чёлкой. Гибрид юной прихожанки с молитвенником и комсомолки с мандатом.. И прекрасное забытое "товарищ", от которого ностальгически защипало в горле.Воис тину вселенское слово... Не "гордое", а "горнее". "Наше слово горнее...". "Нет для нас ни чёрных, ни цветных..."

- Значит, снова "товарищ"?

- Это для гостей, а между собой -просто по именам. Для молодёжи - краткое имя, для прочих - полное. Это Айрис с Варварой такой порядок ввели - Айрис с отчествами всегда путается, а Варвара - по христианской традиции. Значит я - Оля, а вы... Иоанна. Какое редкое имя!..

- Когда-то была Яна. Или Жанна.


- Лучше Иоан-на... - Девчонка с улыбкой протянула ей сразу обе руки,- Чтоб никто не держал камень за пазухой ! Ни револьвер, ни кукиш в кармане,ни авоську..

"Тяжёлую ношу поставим на землю

И руки в небесном порыве сомкнём", - это из нашего гимна. Символика.

- Замечательная символика! - совершенно искренне восхитилась Иоанна. Обещание позаботиться о Денисе привело её в состояние, близкое к эйфории.

- А значок наш похож на пионерский. Там языки костра, а у нас - три пары рук. Сплести - и к небу... И ещё как три горных пика. И как церковные купола, - щебетала фиалочка, -Варвара просила вам всё рассказать и показать . Кроме болезни мужа - какие ещё у вас проблемы? Заполните подробную анкету, данные занесём в компьютер...

- А что нужно, чтобы вступить в вашу Изанию?

- Погодите, до этого ещё далеко. Первое время будете подшефной, после обработки анкеты и собеседования выберем удобную для вас и нас форму сотрудничества. Если дело пойдёт, будем постепенно расширять контакты, подниматься по ступенечкам. А когда кончится испытательный срок - подумаем о приёме.

- Кандидатский стаж?

- Вроде того. Мы ведь на виду. Расслабимся - одолеют, как коммуняк.

- И ты всё это выполняешь? Ты - изанка?

- Полтора года ходила в кандидатах, потом приняли. Нас тут было пятеро, златовских фанок, две отсеялись, новенькие пришли. Девчонки, ребята... Дел было по горло - со стройкой, мусором, ремонтом, ничего не работало. Водопровод прорывало, удобства во дворе... Это теперь устаканилось. Распределяем дежурства на каждый день - кому что нравится. Кто - стряпать, кто - чистоту наводить, кто с детьми возиться... Это - обязанности. Также с учёбой. У меня, например, язык, компьютеры - мы с Ленкой под началом у Айрис. Другие в институт

каждый день ездят, или на работу. Далековато, конечно, но куда денешься? Завтракают, ужинают здесь, обед выдаём с собой, такой специальный тройной термос. Лёгкий, удобный, не больше буханки. У нас тут ребята специально сидят на всяких ноу-хау, недофинансированных изобретениях. Журналы штудируют, где что путное. Раскопают, разыщут автора и внедряют. Сперва для Златогорья, потом на продажу. Наши, термосы уже нарасхват, не успеваем рассылать...

Спортом решили заниматься в обязательном порядке - любым, на выбор. Большинство, конечно, ринулось в бассейн. Классный построили, сеансы расписаны по минутам... Церковь почти восстановили. Я ведь тоже у отца Киприана, как тётя Варя. Они с моей мамой дружили. Меня Варя причащать на руках носила, - мама болела, ей нельзя было тяжести поднимать...

- А как отец Киприан относится к Златогорью?

- Отец Киприан? - Оля помолчала, - По-разному. Чаще с одобрением, но с опаской. Боится, чтоб мы не впали в гордость. Мол, рвётесь стать "сынами", не побывавши "рабами". Что освобождение от власти материи должно непременно сопровождаться смирением, - только тогда пустоту заполнит сила Божия, которая "в немощи совершается". И что "блаженны нищие духом". В противном случае, в "выметенный дом придёт семь бесов вместо одного прежнего"... Иногда мне кажется, что церковь боится нашей активности больше, чем наших грехов. Так спокойнее, что ли...

- Может, и впрямь спокойнее?

-Егор считает, что когда принимаешь крещение - как бы записываешься добровольцем в армию, разве не так? Как в сорок первом. Кстати, к нам приходят много комсомольцев, молодых коммунистов, которые не изменили своим идеалам. Нелепо добровольцу требовать себе денег или жизненных благ. Он пришёл сражаться насмерть и победить, верно? А не отсиживаться в тылу или окопах. В Изании мы все на передовой.

- "Есть упоение в бою"...


Оля согласно кивнула: - Вы не думайте, отец Киприан старается ничего зря не запрещать, он и вправду боится за нас, перестраховывается. Раньше было вроде бы просто - церковь особняком, вне государства, а активные коммунисты вне церкви. Почти вражда. И идеология: мол, коммунизм - освобождение трудового народа от религиозного дурмана. А мы, изане, прямо говорим: святые отцы, монахи, нет выше вашего подвига, и вы, наверное, ближе к Богу... Но дайте и нам, мирянам, возможность вступить в бой. Ну, поправьте, коли что не так...

- Часто поправляют?

Фиалочка кивнула с улыбкой.

- Егор все проекты носит на благословение. Возражения, сомнения, не без этого. Но вообще-то отец Киприан, как правило, благословляет. Главное - результаты, а у нас они добрые. Хотя и опасения понять можно: мы - первопроход цы. Опасается, чтоб в какую-нибудь новую религию не ударились, в экуменизм. Секты, масонство, сейчас всего полно. Не успеешь оглянуться - к себе тащат.

- Я тоже хочу добровольцем, - сказала Иоанна.

- Давайте не торопиться. Нам, молодым, легче, а вы наверняка прикипели к прежнему образу жизни, вещам, безделушкам, привычкам. По живому резать трудно, пусть прежняя шкура сама отомрет и слезет. А не отомрёт кое-где, пусть так и остаётся, ведь даже в бой берут с собой какой-нибудь амулет или игрушку, верно? И ревматизм впридачу, и от других старых болячек никуда не денешься... Так что начнём-ка с начала, ладно? Сейчас вы мне ответите на кое-какие вопросы и заполните вот эту анкету. Все данные занесём в компьютер и начнём новую жизнь...

Вопросики были те ещё. Твои взаимоотношения с Небом (в общих чертах), с церковью, государством,.. твое мироощущение, философия, жизненное кредо. Почему пришли в Изанию? Что вам здесь нравится и что не нравится? Какие будут предложения по улучшению?


Довольны ли вы собой, готовы ли в данный момент предстать перед Господом? Или Высшим судом Совести, если не верите в Бога? Что хотели бы изменить в своей жизни, если бы вам было дано до Суда ещё какое-то время? Есть ли у вас заветная неосуществлённая мечта? Творческий или деловой замысел, изобретение? Какая вам нужна помощь, чтобы их воплотить в жизнь?

Какие ещё у вас проблемы? Денежные, жилищные, бытовые, семейные, психологические?

Что вам вообще мешает полнокровно жить, гнетёт, лежит на совести? Семейные дрязги, быт, суета, собственная лень, несобранность, нерешительность, бесконечные обязанности, домогательство близких и друзей, страсти (погоня за деньгами, ненужными красивыми вещами и тряпками, вообще "красивой жизнью", какие-то вредные привычки), проблемы со здоровьем, родственниками, соседями, детьми и внуками.

Какие три желания ты бы загадал, если б поймал Золотую рыбку? Какие, с твоей точки зрения, у тебя есть недостатки, от которых хотелось бы избавиться? Какие у тебя вообще слабости, привычки? Помните, что к вашей исповеди будут иметь доступ лишь священник и врач-психолог, всё это конфиденциально, и в ваших интересах быть абсолютно искренним и добросовестным в ответах. Ибо если будете скрывать от врача болячки, недомогания и язвы, от которых хотели бы излечиться, то как он сможет вам помочь?

Твоя основная профессия, любишь ты её или ею тяготишься? Какими ещё обладаешь талантами? Чем занимаешь ся охотно, чем - по необходимости и чего терпеть не можешь? Что охотно делаешь и умеешь по хозяйству и что предпочёл бы, чтоб сделали другие?

Какими материальными благами обладаешь? (Квартира, загородные дома или дачи, гаражи, машины, денежные накопления, драгоценности, антиквариат, другие ценные вещи). От чего из вашего "имения" могли бы безболезненно

для себя избавиться? Навсегда или на время, сдав на выгодных условиях в аренду?

Мы хотим помочь вам освободиться от лишнего, осуществить то, что вы хотели бы успеть, если б Провидение даровало вам такую возможность. Мы берём на себя все бытовые, семейные проблемы, соответственно нашей программе "Хлеб насущный". Став изанином по убеждению, вы сможете использовать свободные средства как для укрепления и расширения нашего Союза, так и выступить в роли издателя, инвестора, мецената. Участвовать в любой программе: возрождения страны, милосердия, экологии, в программах "Хлеб насущный", "Освобождение", "Союз", "Храм", "Наука", "Культура", "Дети". Лично или объединив свои капиталы с другими, объединив ваши счета...

- Вы можете на какие-то вопросы ответить сейчас, если не торопитесь. Или взять анкету домой, подумать. Тётя Варя освободится, наверное, только к обеду, много больных.

- Ничего, я дождусь, погуляю пока. Так я забираю анкету?

- Конечно, как вам удобнее.

В коридоре уже сидели трое. "Ага, и здесь очередь", - не без злорадства едва успела подумать Иоанна, как Фиалочка тут же распорядилась:

- Двое пройдите в 15-ю комнату, там вас товарищ примет.

На улице шёл дождь. Иоанна сидела в холле, уткнувшись в анкету, и мечтала.

Любимое дело. Необходимое, самое-самое... Конечно, написать книгу. Может, даже не художественную. Размышления, сомнения, метания заблудившейся души, нащупываю щей узкую тропку к Неведомому, зовущему "из прекрасного далёка". Души, "посетившей сей мир в его минуты роковые"...

Как-то она раскрыла наугад Библию.

"Напиши, что Я сказал тебе, в книгу", - вот что ей выпало. Тогда одолели сомнения: духовный путь - это пост,

молитва, дела милосердия, церковная жизнь... Какое место здесь занимают призвание, талант, творчество? Вспомнила "Иоанна Дамаскина":

Блажен, кому ныне, Господь, пред Тобой

И мыслить, и молвить возможно!

С бестрепетным сердцем и с тёплой мольбой

Во имя Твоё он выходит на бой

Со всем, что неправо и ложно!..

Расторгни убийственный сон бытия

И, свет лучезарный повсюду лия,

Громи, что созиждено тьмою!

"Книга" - ей был такой же ответ. Она давно её задумала, писала урывками, - то запоем, то надолго откладывая... Оставленная на столе недописанная страница желтела, выгорала на солнце... То получалось нечто религиозно-фило софское, потом ворвалась политика, с полными ярости и боли, как на митинге, монологами... А теперь? Ей мешали то стройка, то случившийся со страной апокалипсис. Торговля цветами и огородные работы, эти дурацкие бдения у телеящика в бесплодном ожидании желаемых новостей - когда же прекратится это безумие? Господи, спаси нас!..

Ужастики, когда некие чудища откладывали яйца внутри живой человеческой плоти, жрали изнутри, а затем прорастали склизкими извивающимися щупальцами, удушающими всё и вся... Мразь, нечисть, терзающая Родину изнутри. Неужели только Вселенский Армагеддон сможет их уничтожить, смерч Гнева Божия, сметающий всё на пути?

Пусть сильнее грянет буря!..

Потом Айрис деловито скажет: "Изания - вирус в вампирском компьютере. Мы разрушим их программы, не будем играть по их правилам. Создадим чужую среду, чтоб они постепенно потеряли силу. Они будут лопать сами себя, пока не сойдут на нет".


Так хотелось верить Айрис! Хоть и предсказывал Библейский Апокалипсис власть Зверя, полную разобщенность людей, номер у каждого на руке и челе... Голодную смерть или изгнание - удел непоклонившихся Зверю... Сможет ли Егорка Златов сразить Дракона? Егор Свободоносец...

Да, конечно, она бы закончила Книгу. Что ей нужно? Да ничего такого. Тихая комната, нормальная простая еда, прогулки с Анчаром, вечером - новости. Почитать что-либо "горнее" для души. И писать, писать... Можно жить в Златогорье, как в доме творчества, как прежде в Комарове или Болшеве... При мысли о расставании с Лужино защемило сердце.

- Оставьте себе любую часть дома, - развеяла Оля её сомнения. - Вы -хозяйка, мы арендаторы, приезжайте, когда захотите. Все будет в порядке. По согласию с вами, где надо, поправим, отремонтируем. Компьютерный центр подберёт несколько подходящих вариантов жильцов, кто работает или учится в ваших краях, чтоб не терять часы на дорогу. Вообще это наш принцип - селиться компактно, так легче наладить питание и бытовуху. Участок тоже можно использовать на все сто - деревья и кустарники будут обрезаны, подкормлены, где необходимо - заменим на лучшие сорта. Теплицы подремонтируем или построим новые. Цветы? - нет, она больше не будет этим заниматься, слишком мало осталось времени, ей под шестьдесят... - Ну что ж, пусть сдаст цветочное хозяйство в аренду, поделится опытом составления букетов, реализации. Стоимость луковиц, корней, обёрточной бумаги - всё учтём. Кстати, в Златогорье отличные оранжереи. И цветы выращиваем - вам надо обязательно посмотреть, можете подключить ся. Так, иногда, в охотку...

Гараж и машину тоже можно сдать в аренду на выгодных условиях - в случае необходимости Златогорье обеспечит любым транспортом. Наш принцип - ничто не должно простаивать, пылиться зря.

Теперь - лишние вещи. Мебель, старые холодильники, телевизоры, запасы стройматериалов, одежды, ткани, обуви

- сколько всего накопилось ненужного и на даче, и в московской квартире! Выбросить или отдать кому попало - жалко - у каждой вещи - своя история, свой период жизни. Иоанне даже казалось иногда - есть у вещей если не душа, то какая-то тайна, особенно у тех, с которыми прожила годы, и отдать в благодарные нужные руки - как это здорово! Ей лишь надо всё лишнее подготовить и упаковать.

- Подъедет машина и увезёт вещи на специальный склад, где их почистят, рассортируют, починят, если требуется, и по Изан-нету распределят нуждающимся. Для беженцев-новосёлов такое подспорье как воздух. По всей Изании организованы мастерские умельцев под весёлым названием "Щи из топора" - полезные вещи из старых и поломанных.

Предметы роскоши. Всякие там украшения, шубы, вечерние платья, антиквариат. Или поможем реализовать - деньги поступят на ваш счёт; или можно мебель, например, пристроить напрокат в элитные квартиры, которые Изания сдаёт иностранцам и новым русским на выгодных условиях. Есть у нас и спецхран - сейфы и холодильник для мехов и тканей, куда наши златогорские модницы свезли в общую кучу любимые цацки и пользуются сообща. Меняются колечками, шубами, серьгами, вечерними туалетами... Возникла необходимость, бес попутал - приходи и выбирай. Поносишь, надоест, и вернешь.

- А не было потерь, краж?

- По-крупному, пока, слава Богу, нет. Потом, у нас ведь деньги, "златики", - как бы безналичные, условные. Каждая вещь оценена. Прибавят стоимость к твоему счёту или вычтут - и все дела. А воровать изанину нелепо - с этой целью лучше вернуться в Вампирию. Здесь все на виду, а потом у нас - свои охрана, розыск... Если ты к нам пришёл, чтобы тебе помогли избавиться от лишнего - зачем снова лезть в петлю таким диким способом? Проще расторгнуть договор и уйти.

- А можно?


- Что за вопрос! Сообщи заранее, сделаем необходимые перерасчёты, иногда назначим некий переходный период, и до свиданья. Среди изан, правда, таких случаев не было. У подшефных и даже кандидатов - были.

- А причины?

- Разные. Не всем по плечу свобода. Вместо того, чтобы заняться делом, о котором, вроде бы, грезили, начинают беситься без привычных кастрюль, тазов и беготни по магазинам. Иногда удаётся с этим справиться, иногда нет. Особенно неверующим, новоначальным.

Здесь ведь только Господь может помочь. В монастырях послушников благословляли туалеты чистить. Самую низкую работу, чтобы смирить, занять плоть и руки тяжёлым трудом, уста - постоянной молитвой, чтобы отречься от своего падшего "Я". А мы сразу хотим летать.

- "Служить Творцу его призванье",.. - таких мало, наверное?

- Благодать даётся свыше, - Фиалочка вздохнула - а нам страшно, голова кружится, тянет обратно в клетку... Тут главное увлечь, занять всё освободившееся время. Чтобы было несколько любимых интересных дел. Мы на опыте убедились, что талантливый человек талантлив во многом, что совсем бездарных людей просто нет. Что Господь ОДАРИЛ каждого. Надо лишь помочь раскрыть эти дары и направить "на работу жаркую, на дела хорошие". С нами Бог...

ИЗ ИНТЕРВЬЮ ЕГОРА ЗЛАТОВА:

- Признайся, Егор, когда несколько лет назад ты был "фиолетовым мальчиком", проповедовал и пел по клубам про какие-то законы небесные и тебя мало кто принимал всерьез, признайся, ты и сам не гадал, не думал воплотить свои песенки в жизнь?

- И думал, и гадал. Более того, я и петь начал потому что увидел - так лучше слушают. Аудитория собирается побольше, можно билеты продавать. За проповеди ведь не при

нято брать деньги, а средства были нужны. Песни лучше запоминаются, их подхватывают, переписывают, поют в подъездах.

- То есть это был способ внедриться в массы?

- Можно и так. Я был уверен в своей правоте, искал спонсоров и единомышленников...

- "Изане" - это что-то инопланетное. Сейчас, когда вы достигли ощутимых успехов, многие, в том числе ваш покорный слуга, до сих пор не понимают, что это -секта? Какая-то всемирная религия?

- Боже упаси, особенно насчет "всемирной религии". В свое время люди уже пытались, объединившись в гордыне, добраться до Неба с помощью Вавилонской башни. Объединение, безусловно, сила, но, объединение во грехе - сила темная. Мы объединяемся против греха. Вавилонская башня была разрушена, и строители заговорили на разных языках, перестав понимать друг друга. Образовались нации, народы и каждому предстояло найти свой путь к Небу. Я, например, православный, и считаю свою веру единственно правильной, но есть еще мусульмане, буддисты, иудеи, католики, протестанты. И каждый, как и я убежден в правоте своей веры. Значит ли это, что я должен кого-то насильно обращать или соединять несоединимое? Сколько уже было религиозных споров и войн! Нет, путь человека к Богу - неповторим, как и его лицо. Поэтому пусть каждая церковь идёт своей дорогой, и рассудит лишь Творец. И всё же есть между нами общее. Мы - альпинисты. Пусть в разных связках, или в одиночку, пусть падая, ошибаясь, но мы идем, карабкаемся к вершине. Одни верят - там на вершине - счастье, другие слышат тайный зов, третьи просто не могут не идти. А остальное человечество в это время просто спокойно расположилось внизу, в долине. Кто обрастает собственностью, кто пирует, кто просто нежится на солнышке... Но все они исповедуют, что "умный в гору не пойдет". Вот разница между нами... Изане смотрят вверх, а они - под ноги.


- Сокол и Уж?.. Как у Горького?

- Мы не революционеры и не собираемся никого свергать. "Царствие внутри нас", - сказал Спаситель. Оно начинается, когда живёшь по законам Неба, а не земли, которая, как известно, "во зле лежит". Это не означает, что мы не законопослушны, просто наш Закон - над всеми земными кодексами, биллями и конституциями...

У нас много общего, как и у наших религий... К вершине надо идти налегке -отсюда нестяжание. В дороге не место для разгула плоти - значит, стремление к чистоте, нравствен ности. Вместо конкуренции - взаимопомощь в тесной связке. А что касается демократии... Демократическим голосовани ем был послан на казнь Сам Бог вместо преступника Вараввы. Так решила толпа. "Демократия в аду, а на небе - царство". Иоанн Кронштадтский.

Небо бескрайнее, его хватит на всех - поэтому мы не отпихиваем друг друга, а смыкаем руки...

- Поэтому эти значки?

- Три фигурки, символизирующие разные расы, - с сомкнутыми, поднятыми вверх руками, как бы опоясывающими землю. Восхождение в связке. Напоминает и три языка пламени, и три церковных купола, кстати, тоже символизирую щих горящие свечи... "Даю свет, сгорая".

- Твоя песня о свече стала чем-то вроде гимна Изании, верно? "Лишь тепло и свет соединяются с небом, а холодный воск остаётся на земле", - что-то вроде этого... И рефреном - "Даю свет сгорая"... Ты тогда любил латинские изречения. Я даже записал... Вот - ... "Своё же съедает"...

- "Угрызает".

- Ну да. Или: "Не ищи себя извне"... Красиво. Итак, не религия, не секта, не партия, не коммуна...Кто же вы, Егор Златов?

- Я - православный. Но вокруг много людей иной веры, и материалистов-язычников всех мастей, которые тоже не приемлют мир со лживыми конституциями, кодексами, законами

"что дышло"... Защищающими, чаще всего, права и свободы не слушаться Творца. Закон мира -брать, Неба - отдавать. У Бога - Истина, Вечность, Любовь. У мира - гласность и трёп, время, секс. У Бога - "больший - слуга меньшим", в миру - наоборот... Злу ничто не мешает объединяться, нам же, как ни парадоксально, препятствуют различные веры. Не в силах их примирить, мы разобщены и обессилены перед лицом зла. Разве такое разделение угодно Творцу? Не из-за этого ли коммунистам, стремившимся объединить народы в противостоянии царству Мамоны, пришла в голову неудачная мысль вообще обойтись без Бога (из-за религий "одни неприятности и раздрай", как сказал мне один идеологический работник)? На этом, собственно, эти горе-идеологи и погорели.

Почему единственным способом жить в миру по-Божьи стала полная изоляция от мира, уход из него, сродни монашеству? Поэтому мы и решили объединиться. Законы Неба вписаны в сердце Самим Творцом и практически совпадают во всех религиях. Эти законы восхищали Канта, их исповедывали отвергавшие Творца коммунисты, назвав "совестью".

- Свобода, равенство, братство?

- "Братство" - с известными оговорками. Что же касается "свободы" и "равенства", то при неравных от рождения возможностях практически неограниченная возможность потребления, провозглашённая современным обществом, приводит ко взаимному исключению этих двух понятий. Один имеет неограниченную свободу жрать другого. Не говоря уже о том, что абсурдно говорить о равенстве людоеда, съевшего капитана Кука, и возмущённого этим фактом джентльмена - на том основании, что джентльмен тоже может съесть в ответ любого из каннибалов...

Дарованная Творцом свобода - кроме узкого понятия "свободен не слушаться Творца" - включает в себя бесконечно высокое понятие СВОБОДЫ В БОГЕ. Не свобода осуществлять ГРЕХ, а свобода от ГРЕХА, от недостойных челове

ка желаний. Есть в патерике прекрасная притча о двух монахах. Один преодолевает искушения "золото, женщина, личный враг" невероятными усилиями, другой же просто не отличает золото от камня, красавицу от старухи и злейшего обидчика от благодетеля... Второй монах преодолел земное притяжение, себя, свои страсти. Он воистину БОЖЕСТВЕН НО СВОБОДЕН, если, конечно, не уловлен на гордости. Гордость - самая коварная и страшная несвобода. Сатанинская, можно сказать. Свобода ОТ БОГА. То есть рабство у дьявола. У тления и смерти. Судимы будут не слепые, а не желающие видеть Свет.

Идёт смертельная схватка двух цивилизаций. Народ, ещё накануне восторженно бросавший под ноги Спасителю пальмовые ветки и кричавший: "Осанна!", вдруг хором провозглашает: "Распни его!" И это - тот же самый народ. В чём дело? Жаждущие от Мессии славы, денег, власти вдруг увидели Его униженным, покорно страдающим, отдающим всё, включая саму жизнь Свою, - и не поняли божественного величия этой жертвы. Им подарили ЦАРСТВО БОЖЬЕ, первородство, а они требовали "чечевичной похлёбки" - материального, временного земного благополучия.

Две цивилизации - Бог и Мамона. Первородство и чечевичная похлёбка. Так с тех пор и пошло...

Мы исповедуем законы ПЕРВОРОДСТВА.

Господь послал нас в мир ОТДАТЬ ДОЛГИ. "Даром получили, даром давайте". На служение жатве Господней.

Поезд ушёл, багаж уехал вместе с ним... Вокруг - тьма, впереди - Суд, а за душой одни долги. Рабы, умножившие данные Господином таланты, были вознаграждены, а зарывший талант в землю и вернувший его со словами: "вот тебе твоё", был наказан, выброшен, как сказано, во тьму внешнюю, где "плач и скрежет зубов".

Заметь, раб этот вернул долг Господину! Что же ждёт нас, тратящих таланты на себя, на свои похоти - то есть на чужого господина? На князя тьмы?


Мы, Изане, хотим не УТУЧНЯТЬСЯ, УТЯЖЕЛЯТЬ СЯ, ВРАСТАТЬ, а ОСВОБОЖДАТЬСЯ, ВЗЛЕТАТЬ. Мы проповедуем ВОСХОЖДЕНИЕ. Пусть разными путями, но вверх.

Мы - это братья, друзья, товарищи - кому как хочется. Но не господа, не враги и не конкуренты. Мы все - воины одного Неба, в одной армии, идём к одной вершине.

Нам дана была Провидением огромная прекрасная земля, одна на всех, завещано жить дружно, семьёй. Поэтому мы отвергаем всё, что нас РАЗДЕЛЯЕТ. Но в руках у нас разные путеводители. И пока нет почвы для объединения религий, попытки сделать это искусственно могут привести лишь к ещё большему разделению.

Выход один - снова сомкнуть руки вокруг горы и - вверх! Чем выше, тем ближе друг ко другу и к Небу. Так уже было не раз за нашу тысячелетнюю историю - и во время войн, и в годы советской власти, - когда мы блуждали вслепую по горе, героически продираясь сквозь заросли колючек и полчища змей в поисках светлого будущего для грядущих поколений. "Светлого", но смертного!..

Да, мы сбились с пути, или нас сбили - неважно. Только напрасно нас зовут вернуться к подножью, покаяться и "жить, как все". Пусть "иных уж нет, а те далече", пусть цепь поредела и нам придётся долго карабкаться выше и выше, чтобы снова дотянуться до рук друг друга... Мы все равно исповедуем - только вверх. Чем выше, тем ближе друг к другу и к Небу.

- За что люблю Златова - говорит песнями. Если не ошибаюсь, это ведь из твоей новой песни, а, Егор? Романтик ты наш.

- Из старой. Новую мы с тобой только что сочинили. Только пока без музыки.

- Ну-ка, ну-ка...

- Почему вы говорите песнями?.. Почему ходите крыльями?.. Почему укрываетесь листьями? Почему спасаетесь тучами? Почему держитесь стаями?.. Потому что зовёмся птицами.


* * *

- Вы можете вести литобъединение, - предложила Фиалочка, - у нас многие пробуют перо, и школьники, и взрослые. Надо их научить "чувства добрые лирой пробуждать"... Я что-либо не так говорю?

- Всё правильно, - улыбнулась Иоанна, - Так все-таки добро или война?

- Добрая война.

- Добро с кулаками?

- Добро со щитом. Добро, противостоящее злу... Выберите, что вам ещё по душе, дел у нас невпроворот. Вот список вакансий только по Изании. Умеренная физическая работа тоже для разнообразия не плохо, говорят - психотерапия. Ведь у вас сейчас стресс из-за мужа... Кстати, вот вам и медицинская анкета, пока предварительная. Потом пройдёте полное обследование.

Господи, она всё умеет. Может и обои поклеить, и окна-двери покрасить, и линолеум - дед её всему научил. Только бы с Денисом обошлось. Господи, исцели его... Она знает, что как мать и жена никуда не годится. Он выбивался из сил, умирал, а её рядом не было, она всегда была "кошкой сама по себе", и ничего тут не поделаешь. Но сейчас она готова с утра до утра в любом качестве вкалывать в этом пятом сне Веры Павловны. Только вылечите его...

Мысль, что Денис может умереть, была совершенно невыносимой, приводила её в полное смятение. В этом ужасе было что-то мистическое. "Только не это, - в панике молилась она, - Не это"...

В анкете были и вопросы о семье. Иоанна поведала про свекровь и штаб "краснокоричневых" в их квартире. Неожиданно обнаружилось, что кое-кого из соратниц свекрови Оля знает. Коммунистов в Изании было предостаточно, как старых, так и новых всех ветвей. Можно даже сказать, что Изания их объединяла как некое нейтральнее надполитическое пространство. Разногласия политические, религиозные, со

циальные отступали здесь перед сплачивающим всех общим врагом - Вампирией.

Ещё Иоанна подумала, как было бы славно увлечь Изанией Лизу- она такой светлячок... А там и Филиппа - употребил бы баксы на что-либо путное. И не тряслась бы Лиза за него и детей, и работа ей бы здесь нашлась - Лиза тоже на все руки, и Артёмка с Катей выросли бы не вампирёнышами, а сизарями да фиалочками...

Так размечталась Иоанна, беседуя о Олей, поджидая, пока Айрис связывалась с римской клиникой по поводу доставки Дениса домой. А потом продолжала пребывать в эйфории от того, что "состояние стабилизировалось" и траснспортировку, скорее всего, разрешат. И /о чудо!/ - даже поговорив с Денисом пару минут по сотовому /впервые в жизни/ телефону и, получив согласие, - голос был совсем рядом, тихий, с одышкой, но всё же его, Дениса голос, - решила во что бы то ни стало дождаться Варю и вместе пообедать. А пока отправилась знакомиться со Златогорьем.

Егорка - сердце, Айрис - мозг, компьютерный центр, Лёва - карман, банк. И ещё ноги, пальцы, мышцы, кровеносные сосуды - рядовые изане. Юные, взрослые, пожилые, у каждого своя функция, или много назначений. И всё вместе живёт, бурлит, движется. Новый, незнакомый мир, царство Егорки Златова.

- Мне всё равно, лишь бы домой... Живым ли, мёртвым, - сказал Денис.

Благодаря Господа и почему-то уверенная, что теперь всё будет хорошо, Иоанна гуляла в эйфории по Златогорью, улыбаясь отовсюду спешащим к столовой фиалкам-черниль ницам вперемешку с сизарями в перепачканных раствором куртках. Неподалеку ребята строили МЖК, филиал-микро район Златогорья по утверждённому молодёжно-типовому проекту ИЗАН: - одно-двухкомнатные номера гостиничного типа с санузлом /туалет-душ/, но без кухни. Правда, у всех была установлена компактная электроплитка на случай, если

надо подогреть заказанную в столовой еду, вскипятить чайник, сварить кофе. Имелись также холодильник, стиральная машина-малютка и минимальный набор посуды.

Праздники и дни рождения здесь обычно отмечали по вечерам в холле, заказав еду на дом, или в наскоро переоборудованной под банкетный зал столовой.

В комнатах из основной мебели было лишь самое необходимое, но из типовых деталей обстановку можно было конструировать самим жильцам. Если жильцы менялись - новые легко могли переделать планировку по своему вкусу. Вместо обоев - легко крепящиеся и снимающиеся полосы из экологически чистого материала любого рисунка. Потрясли её видеообои - специально оборудованный экран с разнообразными пейзажами вплоть до первобытного леса, джунглей с шипящими змеями, рычащими львами, раздолий среднерусской полосы и моря с шумом прибоя. Такую видеостенку можно было установить в своём номере за отдельную плату /вычиталась со счёта/ и выбирать любой пейзаж простым нажатием кнопки. Разработана она была златогорскими ребятами по специальному ноу-хау, видеообои уже потихоньку продавали за границу и новым русским за бешеные цены /изан-обои/. Все доходы шли на расширение и совершенство вание производства. На море, например, можно было устроить по желанию шторм, или чтобы в подмосковном лесу сменялись времена года, чтоб в июне пахло липой и т.д.

Всякие мелочи для интерьера /ковры, шторы, покрывала, безделушки/ новосёлы выбирали на том же общем складе, куда свозилось всё лишнее, менялись, когда надоест. Так же детские игрушки. Дети весь день проводили в школе, яслях или детсаду, домой родители их обычно забирали вечерами на уик-энд.

Для взрослых и пожилых типовой интерьер был с учётом возраста.

Гуляя по Златогорью, Иоанна на радостях не удержалась и купила билет в бассейн /на общих основаниях, по

скольку не была изанкой/, получила напрокат купальные принадлежности и с наслаждением поплескалась на голубой дорожке вместе с малышнёй и какими-то дамами из новорусской оздоровительной группы. "Всё, что может окупаться, должно окупаться", - провозглашала Изания, благотворитель ность здесь тоже поощрялась активная. Хочешь плавать в бассейне или другими благами пользоваться - вступай в Изанию, и мы тебе поможем найти своё место в нашем Союзе, - расплатиться делами, вещами не в ущерб себе. Не хочешь вступать - плати.

Проблем у Изании, как поведали Иоанне златогорцы, было выше крыши. Вампирия сопротивлялась, показывала зубы, наезжала, иногда кусалась. А то случалась и настоящая грызня. Изания бежала по каменистому горному руслу, пенясь, зябко дрожа, разбиваясь об острые пороги и снова собираясь, просачиваясь меж нагромождённых коряг и камней, зарослей тины и заводей с крокодилами. Ширясь, крепчая, пробиваясь к заветному своему Океану.

Но, пожалуй, наибольшей проблемой была та, от которой Иоанна, вернувшись, застала рыдающую Олю в объятиях утешающей Вари. Только что её жених, кабардинец, получил из дома письмо со строгим запретом - не брать в жёны иноверку. Сам мальчик был не слишком религиозный, уже согласился принять православие и повенчаться, но как ослушаться родителей?

- Если ты меня любишь - живи по нашим обычаям, потому что Бог един, - сказал мальчик, - Христианка, мусульманка, - не всё ли равно?..

Отречься от Христа?! - она прогнала его и теперь рыдала на плече у Вари, которая не знала, чем помочь. И никто не знал. Такие проблемы возникали в многонациональной Изании сплошь и рядом. Иоанна вспомнила: "Свинарка и пастух" ...Советская власть как-то отметала эти вековые препоны. ... "Если с ней подружился в Москве"... Варя сказала, что очень боялась, что подобная проблема встанет и у Егорки

с Айрис, воспитанной правоверной католичкой. Сам Егорка, отец Киприан, они с Глебом - их бы ничто не свернуло, да и как потом быть с внуками - сплошная морока. Но с другой стороны, - ... А если это любовь?.. Ну, а Айрис обложилась русской богословской литературой, от Хомякова и "Слова о законе и благодати" до отцов Сергия Булгакова и Павла Флоренского, несколько дней штудировала и села писать письмо родителям в какой-то там американский городок какого-то южного штата. Что она написала - неизвестно, письмо было длинным, с восклицательными знаками и цитатами из Евангелия и Хомякова /цитаты Айрис давала Варе сверять/. И вскоре пришла телеграмма с благословением и поздравлениями, а потом и папа с мамой прибыли, такие простые, славные, с натруженными руками - мать так вообще на крестьянку Рокотова смахивала, разве что шляпка вместо кокошника. Всё это совсем не вписывалось в варино представление о шумных, избалованных и развязных американцах. Вот только коммунистов они боялись. Коммунистов и Сибири.

- А Айрис, знаешь, познакомила их с ребятами-сиби ряками и коммунистами и показала "Сказание о земле сибирской". Полный восторг. Попросились в тур по Сибири. Но мы что, будем им мёртвые заводы показывать? Бастующих учителей?

ТАК ГОВОРИЛ ЗЛАТОВ

Попробуй поступать по заповедям и говорить, что думаешь - и содрогнёшься, узнав себе истинную цену. Поймёшь, что всё в тебе - ложь, корысть и фальшь, что Образ Божий в тебе, первоначальный Замысел о тебе искажены до неузнаваемости. Это и есть падение, болезнь, последствия первородного греха. Мы или откровенно дурно поступаем, или лицемерно притворяемся "хорошими", или гордимся, возносимся, когда творим редкое добро.

Симптомы выздоровления души - радостное исполнение Закона Неба. Естественное, как дыхание. Лишь это свидетельствует о её благополучном состоянии.


Истина не терпит притворства. "Не казаться, а БЫТЬ".

Определи, кто ты?

1. Есть богоборцы, сатанисты, сердцем и разумом отвергающие Истину, ЗАМЫСЕЛ. Которые "ведают, что творят". Не Творца отвергающие, а именно Его ЗАМЫСЕЛ (единство в Боге). Сатана знал, что Бог есть - он восстал против Замысла. Это очень важно!

2. Теплохладные фарисеи. "Казаться, а не быть". Знают, что есть Творец и Замысел. Ведают, что творят. Записались в армию и отсиживаются в окопе. Лицемеры.

3.Атеисты по расчёту, которым не выгодно признавать Свет, ибо дела их дурны. Боящиеся света, чтобы не обнажилось творимое ими зло. Про таких сказано: "Мир любит своё". Мир, "лежащий во зле".

3а. Атеисты холодные, неразбуженные. Не желающие поклоняться ложному представлению о Творце - богу "по образу к подобию человеческому"... Сам придумал и отверг, или кто-то подсунул нелепое, несоответствующее вписанному в сердце Закону понятие - не имеет значения. Они живы - им надо просто раскрыть глаза, разбудить. Господь предпочитает их теплохладным. Не ведающих, что творят. Наиболее распространённое утверждение: Бога нет, потому что есть зло.

4. Рабы Мамоны и князя Тьмы. Знают, что есть Небо, тянутся к Нему, но ноги-руки спутаны страстями. Таким необходима помощь Церкви, её таинств. Живительная сила благодати Божией.

5. Рабы Божии. Подчиняющиеся Закону, исполняющие Замысел и Волю Неба из страха перед высшей карой. Таким надо молиться о "рождении свыше", о сыновстве, преображении, без которых нет Царствия.

6. Наёмники - подчиняющиеся Закону и Замыслу Неба по расчёту, в ожидании награды в Царстве, обещанного Творцом блаженства. Им тоже следует "родиться свыше", молить о сыновстве, ибо "раб не пребывает в доме вечно, сын пребывает вечно"...


7. Сыны Божии, наследники, превыше всего любящие Отца и Его Дело, с наслаждением, свободным выбором сердца служат Творцу, исполняют Его Волю. Уже на земле пребывание в Царстве, которое "внутри нас есть", соединение с Небом, подлинное освобождение в Боге. Обычно сыны смиренно именуют себя "рабами".

Мы - дети одного Неба, но разных церквей, не собираемся менять законы кесаря или присоединять его царство к нашим церквям, отдавая "святыню псам". Разумно воздавая кесарю - кесарево, мы просто не хотим "выть по-волчьи", порой живя с волками. Мы протягиваем друг другу руки и "в прекрасное далёко начинаем путь".

Всякий, кто из "сильных мира сего" пытается надо мной властвовать, берёт на себя за меня ответственность перед Творцом. Как государство употребило свою власть надо мной? Ответ даст Суд. В Изании - самоуправление в рамках гражданского кодекса, конфликт между внутренней и внешней свободой практически разрешён. Есть Творец, Небо /Церковь/, есть князь Тьмы и есть "лежащий во зле" мир, где "сатана правит бал". Мы не в состоянии изменить законы мира, но можем жить в миру по законам Неба, соблюдая те законы мира, которые не противоречат Замыслу. Не отдавая Богово кесарю. Прорастая в мир как бы сетью сосудов иного бытия и давая ему новую жизнь.

Пусть себе "лежит во зле". Но есть степени зла, как и степени угодности Небу того или иного государства.

Нам указано КТО НЕ СПАС°ТСЯ, а не кто СПАСЕТСЯ.

Наш путь - самоуправление Исповедников Неба через обустройство, организацию и разрастание Изании.

ЛЮБИТЬ ВРАГОВ - (в смысле "жалеть") - не значит попускать им творить зло другим. Попуская убийце убивать, я участвую в его грехе.

 


Главное, чтобы в каждом наиболее полно состоялся Образ Божий и Замысел Создателя о человеке, как о свободной творческой личности, осуществившейся в делах созидания, красоты, добра и милосердия и тем обретшей бессмертие в Царстве.

Капитализм, коммунизм, социализм, демократия - назовись хоть горшком, только не губи свою и чужую душу, - так говорим мы. И если уж в злом мире необходима охрана в виде власти, пусть это будет ограда заповедника, а не скотобойня. И чтоб вокруг не плодились ежечасно волки. Из двух зол мы выбираем меньшее.

Внешние изменения мира должны быть такими, чтобы дать человеку возможность вершить РЕВОЛЮЦИЮ ВНУТРЕННЮЮ.

ВОСХОДИТЬ НИСХОДЯ. Всякая личность - микрокосм в потенциальном состоянии.

Великая русская культура, осуждающая зло мира, произвела своего рода отбор при помощи нравственной цензуры, сформировав правильное мироощущение в ищущих слоях российского общества.

В эпоху великих революций нельзя показывать противнику внутренние противоречия, слабости и недостатки. Это - неприятельская армия, которая тут же норовит воспользовать ся вашей откровенностью. В условиях враждебного окружения и пятой колонны внутри страны говорить о какой-то "свободе слова" смешно.

Свобода - не декларация прав человека, а декларация обязанностей общества в отношении каждой отдельной личности, помогающих ей осуществить Образ и Замысел, освобождающих от власти дурной материи. Это прежде всего, свобода ОТ ЛУКАВОГО.


Порабощение другого есть порабощение СЕБЯ. Человек вообще - тиран самого себя. Суеверия, страсти, страх, комплексы, больная самость...

Революция сознания: я должен перестать быть вампиром, изменить свою падшую сущность, ибо вампир - раб своих доноров.

Страшнее всего - оборотень. Жертва, ставшая вампиром, жаждущая крови своего бывшего господина. Раб, ставший господином над господином.

Задача: формирование НОВОГО ЧЕЛОВЕКА. Духовное и нравственное очищение, аскеза, милость к ближним и дальним - эти основы всех религиозных конфессий, даже у так называемых "космических религий" - взяты нами на вооружение. Разница - лишь в исповедании различных способов достижения цели.

Речь не идёт о социализме, который подразумевает более-менее справедливое распределение материальных благ, но не содержит Тайны или Откровения. То есть это "сытое" будущее для всех, а не "Светлое будущее". Это не "антибуржу азность", а более справедливая буржуазность. Социалист устраивает революции, требуя равной для себя и других доли материальных благ; коммунист - пожертвует этой своей долей во имя "Светлого Будущего", то есть Царствия. Даже жизнью /не веря в иную, в бессмертие/.Этим он близок к Богу, он "избранник" как страстный искатель Истины.

Для нас всякий "изм" интересен лишь в какой мере он способствует осуществлению Замысла. Он - лишь средство, как и всё в земной жизни.

Цель одна - Богочеловечество в Царстве.

Вся наша земная деятельность - борьба за право ОТДАТЬ. Освободиться, состояться и отдать ДОЛГ Творцу, получив взамен Небо.

Коллективное спасение, Восхождение в связке путем постепенного осуществления Замысла -самоотверженное слу

жение, самоотдача каждой отдельной части во имя Богочеловечества - Целого, восходящего к Свету. Где все "едины будут".

Довольствуясь необходимо-достаточным, наиболее полная самоотдача во имя получения бесконечно-большого - Жизни.

Служение народу и Отечеству не должно стать идолопоклонством - без выхода в вечность всё - идолопоклонство.

Раскрепощение личности от царства дурной количественной бесконечности - Мамоны. Возрождение Отечества - Антивампирии, творчество как поиск путей Господних к Царствию. Преображение земли - тоже не цель, а средство, поле для творчества личности во имя восстановления Богочелове чества, его восхождения к Отцу.

Подготовка поля для сеятеля, взращивание урожая для Жатвы. Сатане же дана свобода сеять плевелы руками рабов Мамоны, идолопоклонников всех мастей, теплохладных фарисеев и прямых сатанистов.

Но только Господин жатвы отделит зерно от сорняков.

Пока мы живём в миру, допускаем получение прибыли для Дела за счёт продажи труда и талантов миру; между собой в Изании - действуют лишь Закон и Замысел Неба.

К. Лоренц о западной цивилизации: "Это цивилизация, знающая цену всего, но не знающая ценности ничего".

Культ личности сменился культом наличности.

"Экономическая уязвимость миллионов американских семей порождает недоверие между гражданами нашего государства и неуважение к правительству. Неуверенность в завтрашнем дне разрывает нас на части как нацию и размывает закон и порядок. Она подрывает семейную и общинную жизнь, угрожает самому характеру Америки как общества возможности и справедливости для всех". /Эдвард Кеннеди/


Жизнь по Закону и Замыслу - драма, где иго во благо, а бремя легко. Вначале -трудно, а потом - легко. У князя тьмы - наоборот.

Легче всего иго и бремя было для души в трагические и героические минуты советской жизни. Отечественная война, дерзкий прорыв "от сохи к ракетам", жертвенное служение высокой идее "Светлого Будущего".

ОБОРОТНИ. При слове "свобода" они начинают хапать, блудить, грызться из-за собственности и территорий. У них вырастают клыки, когти, шерсть, гигантские гениталии, и они превращаются в зверей, теряя образ Божий.

Для таких и от них единственное спасение - ограда из колючей проволоки цепь и кнут. Эти необходимые атрибуты укрощения "звероподобных" объявляются в Вампирии ущемлением "прав человека ". Считая главными правами человека -возможность состояться в предназначенном Творцом Образе и Замысле, права некоторой категории граждан, упорно желающих, вопреки воле Неба, оставаться "кровососущими, блудящими и грызущимися", правильнее было бы назвать "антиправами". Или же честно признать во всеуслышание, что Законы Неба противоречат законам человеческим, как, впрочем, и сказано в Писании:

"Но тщетно чтут Меня, уча учениям, заповедям человеческим". /Мф. 15:9/

"А дом Израилев говорит: "неправ путь Господа"! Мои ли пути неправы, дом Израилев? не ваши ли пути неправы?

Посему Я буду судить вас, дом Израилев, каждого по путям его, говорит Господь Бог; покайтесь и обратитесь от всех преступлений ваших, чтобы нечестие не было вам преткновением.

Отвергните от себя все грехи ваши, которыми согрешали вы, и сотворите себе НОВОЕ СЕРДЦЕ И НОВЫЙ ДУХ; и зачем вам умирать, дом Израилев?


Ибо я не хочу смерти умирающего, говорит Господь Бог; но обратитесь - и живите!" /Иез. 18:29-32/

Разумеется, эти грозные слова с Неба относятся не только к иудеям. Есть право умирать и есть право жить /речь, разумеется, идёт о СМЕРТИ ВТОРОЙ и окончательной, о вечном отлучении от Творца/. Получается, что желающие "жить" вынуждены отбиваться от желающих лишать жизни всех, кто слабее. То есть "не жить". Антивампирия Иосифа решила эту проблему несколькими десятилетиями насилия над вторыми во имя спасения первых.

Изания собирает под своим крылом всех, кто хочет "жить", защищая от желающих "жить на крови других". То есть по приговору Неба - "не жить".

Наша перманентная революция ДУХА, СОЗНАНИЯ будет выражаться в постепенной замене старых мехов на новые.

"И говорит им: идите за Мною, и Я сделаю вас ловцами человеков". /Мф. 4:19/

Человеков, которые не будут отныне подставлять вампирам шеи, ибо мы поведём их путями Неба. Мы будем сражаться за каждого, день ото дня лишая кровососов их доноров. Пусть жрут друг друга.

Бог умер на кресте, распял свою земную плоть, чтобы соединить нас с Собой. Мы должны, в свою очередь, распять в себе эгоиста и зверя, чтобы сделать шаг навстречу Творцу.

Дезорганизованный пол - рабство страстей, разрушение личности.

Социальная организация пола - форма рабства у родовой необходимости, семьи.

Совместные экономические и бытовые отношения семьи мы заменим совместной творческой и духовной близостью, спайкой в Замысле. Освободив от дурной материально сти, призовём к жизни колоссальную творческую энергию, превращающееся в вечность время, которое мы перестанем

"убивать", чтобы оно перестало убивать нас. Совместный быт и заботу о детях на уровне животных инстинктов и контакта душевного, мы заменим близостью ДУХОВНОЙ.

"Русский народ, по своей вечной идее, не любит устройства этого земного града, и устремлён к Граду Грядущему, к Новому Иерусалиму, но Новый Иерусалим не оторван от огромной Русской земли, он с ней связан, и она в него войдёт. Для Нового Иерусалима необходима коммюнотар ность, братство людей, и для этого необходимо ещё пережить эпоху ДУХА СВЯТОГО, в которой будет новое откровение об обществе. В России это подготовлялось". /Ник. Бердяев/

Труд должен быть освобождён не только из-под власти капитала, но и от власти ГРЕХА и БЕССМЫСЛЕННОСТИ, КРАТКОВРЕМЕННОСТИ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО СУЩЕСТВОВАНИЯ. Эти вопросы решаются лишь религиозно, с выходом в бессмертие в Боге, в Замысел Неба о Богочеловечестве.

Лозунг "Дело чести, дело славы, дело доблести и геройства" - попытка влить молодое вино в старые мехи ТЩЕСЛАВИЯ, ГОРДОСТИ, СЛАВОЛЮБИЯ, замкнутых на САМОСТИ. Невольное видимое противоречие: желайте славы, но не зазнавайтесь.

Или о принципе материальной заинтересованности: "желайте побольше заработать, но помните, что это ваше желание дурно, стыдитесь его". Отсюда всякие тормозящие потолки и препоны к заработку, вернее, к производительнос ти труда.

Утверждение "Мы ушли от Вампирии и неизвестно куда идём" лучше чем: "Мы не можем уйти от Вампирии" или "Не знаем, куда идти, и поэтому остаёмся служить князю тьмы"... Кто не с ним, тот уже наполовину с нами.

Мы за такое государство, которое служит Образу Божию в человеке, а не личине зверя!


- Мы будем в Царствии творить миры, - фантазировал, пел Егорка, - Тебя мы возьмём художником, и ты нам нарисуешь розовые небеса... Тебя - конструктором, тебя -архитекто ром, а ты... ты будешь сценаристом... И будем сынами "по образу и подобию" в этом новом прекрасном мире, то есть богами, и сотворим человеков... И они тоже в нас усомнятся, восстанут против Закона Отца нашего, а значит, и против нас. И мы сойдём к ним на их землю, и будем распяты, и воскреснем. И спасём их своей любовью, и тогда они тоже полюбят Отца нашего и нас. И тоже спасутся в Нём и станут бессмертными...

Коммунизм - наиболее вселенское мироощущение после преодоления классового идолопоклонства и социального атеизма. Национализм, феминизм, разделение по партиям, всевозможным хобби, сексуальной ориентации - всё это идолопоклонство.

"Как?" - восхождение в связке. "Для чего?" - цель. Последний вопрос имеет выход к Творцу, в Небо и вечность, в Светлое будущее и Царство Свободы. То есть здесь верующие и коммунисты как бы случайно, а на деле промыслом Божиим сходятся на пути ввысь и встречаются со Спасителем, часто того не ведая. Аскеза (избавление от внешней суеты и Лукавого), нравственное совершенство в сочетании с послушанием Замыслу ставят на Путь.

Единый порыв к Небу во грехе, в нечистоте, в гордыне отвергается Творцом. (Вавилонская башня). Сплочение во грехе усиливает грех, Небу не нужно бессмертное зло. Равно как и аскеза вне Замысла. Спасаемся Спасителем , то есть Путём, Истиной и Жизнью.

Мы - "по образу и подобию" Творца. То есть предназначены и здесь, и в Царствие для созидания и творчества.

Гордость, самость - самоутверждение вне Творца.

Чувство собственного достоинства - утверждение и

охрана в себе Образа Божия, высокого Замысла Творца о тебе. То есть я себя уважаю и утверждаю как часть божества, и презираю, принижаю за всё лишнее, греховное, мешающее восстановлению Образа во мне. В этом - смысл подвига юродства на Руси -попрание самости во имя самоутверждения в Боге. Попрание червя.

"Что же задумано? Переделать всё. Устроить так, чтобы всё стало новым: чтобы лживая, грязная, скучная, безобразная наша жизнь стала справедливой, чистой, весёлой и прекрасной жизнью". /Александр Блок/

Культура исправно работала даже в военное время. Сейчас её сознательно разрушают как враждебную Вампирии Бездуховной.

ВЕРУЮЩИЕ - все, кто верит в смысл истории, жизни. История есть встреча и идеологическая борьба падшего человека с Богом,

ВЫСШАЯ ПРАВДА в том, чтобы ЦЕЛОЕ жило в человеке. СМЫСЛ ЖИЗНИ в Победе над смертью второй. Жажда НАСТОЯЩЕГО, которого во времени нет. "Остановись, мгновенье". "Историческое время - иллюзия консерватизма /прошлое/ и иллюзия прогресса /будущее/".

"Между двумя метаисторическими явлениями Христа, лежит напряжённое

историческое время, в котором человек проходит все виды рабства и соблазнов". Н. Бердяев.

История переходит в царство СВОБОДЫ ДУХА. Величайшие испытания человека и опыт падений выводит избранных к жажде СВОБОДЫ В БОГЕ. Прогресс - иллюзия, ибо целиком во власти смертоносного исторического времени. У каждого - своё историческое время, которое надо превратить в ВЕЧНОСТЬ, положить в Небесный Банк через служение Замыслу. Своё начавшееся уже на земле "Царство внутри нас". Конец истории - конец исторического времени.


Конец мира - дело богочеловеческое, это конец "дурного мира". Революционное апокалиптическое сознание активно, творчески обращено к реализации человеческой личности в Образе и Замысле. РЕВОЛЮЦИЯ ДУХА произойдёт ещё в историческом времени. Излияние ДУХА призвано изменить мир, и в этой революции будет участвовать и человеческий ДУХ. Конец истории - победа экзистенционального времени над историческим, СОБОРНОСТИ /совокупности личностей/ над самостью и "муравейником".

Творец ждёт от человека, чтобы он:

Осознал, поверил в Замысел преображения Богочеловечества по ту сторону бытия земного и в своё связанное с этим призвание - восстановление Нового Адама.

Определил принцип, по которому будет восстановлен Новый Адам / взаимопроникновение, служение каждого - всем и Целому, а всех и Целого - каждому - единственный способ Жизни; всё - в единстве восхождения к Свету. Послушание Свету, ответственность и сострадание в отношении к падшему миру, природе/.

Осознал ущербность своего мироощущения, невозможность в этом больном состоянии осуществить Замысел и своё предназначение.

Просил, молился об ИСЦЕЛЕНИИ. Послушание в лечении, готовность к любым кардинальным хирургическим операциям, упование на всеблагую Волю Творца.

Творец взывает не только к нашему разуму. Он жаждет и добивается нашей свободной ответной любви к Нему. К Троице, Которая Сама сплавлена воедино Божественной Любовью, давая Жизнь и Свет всему мирозданию. И Откровение состоит в том, что эта сплавленность - единственно возможная форма Жизни - Любовь ко всякой падшей твари, жаждущей исцеления, преображения и воссоединения в Доме Отца.

"Да будут все едино; как ты, Отче, во Мне, и Я в Тебе, так и они да будут в Нас едино, - да уверует мир, что Ты послал Меня.


И славу, которую Ты дал Мне, Я дал им: да будут едино, как мы едино.

И Я открыл им имя Твое и открою, да любовь, которою Ты возлюбил Меня, в них будет, и Я в них". /Иоан. 17:21-22,26/

"Дай Мне, сыне, сердце твоё". Поэтому так ценен опыт советской Антивампирии и других якобы безрелигиозных обществ, интуитивно, свободным выбором сердца ставших на Путь без ожидания награды, без страха адских мук. Просто стихийно вступивших на подвиг сыновней любви. Сердца, якобы не ведающие Бога, возгорались любовью к Его Делу, Замыслу, не надеясь на награду.

Бога можно "вычислить" и подчиниться, испугаться и подчиниться, возжелать награды и подчиниться... А можно просто ощутить присутствие Его, Неведомого, рядом, и полюбить. И подчиниться с наслаждением, сгореть в огне жертвенной любви... Мир знает немало таких подвижников-му чеников.

Творец жаждет от нас ответной Любви, "рождения свыше". Именно поэтому не дастся нам ни чуда, ни знамения.

Доказать Бытие Божие можно лишь эмпирически, собственным духовно-мистическим опытом. Небытие же определить невозможно, так как некому определять, коли определитель превратится в нуль.

У Александра Галича есть пророческая песня про "Фингалию", предсказавшая оборотней. Герой песни, коммунист -марксист, неожиданно получив от умершей за границей тётушки Калерии большое наследство, совершенно меняется в своих убеждениях и собирается заделаться в Фингалии капиталистом. Но там происходит революция. Первый декрет народной власти, естественно, "о национализации фабрик, земель, заводов и всех промышленных предприятий":


Я гляжу на экран, как на рвотное.

То есть как это так - все народное?

Это ж наше, - кричу, - с тётей Калею!

Я ж за этим собрался в Фингалию!

Негодяи, бандиты, нахалы вы!

Это всё,- я кричу, - штучки Карловы!...

Так примерно перевернулись многие наши господа-то варищи.

"А нынешние небеса и земля, содержимые тем же Словом, сберегаются огню на день суда и погибели нечестивых человеков". /2-е Пет. 3:7/

"Придёт же день Господень, как тать ночью, и тогда небеса с шумом прейдут, стихии же, разгоревшись, разрушатся, земля и все дела на ней сгорят". /3:10/

"Впрочем мы, по обетованию Его, ожидаем нового неба и новой земли, на которых обитает правда". /3:13/

"Прежде всего знайте, что в последние дни явятся наглые ругатели, поступающие по собственным своим похотям"... /3:3/

"И многие последуют их разврату, и чрез них путь истины будет в поношении.

И из любостяжания будут уловлять вас льстивыми словами; суд им давно готов, и погибель их не дремлет". /2:2-3/

"Служите друг другу, каждый тем даром, какой получил, как добрые домостроители многоразличной благодати Божией". /1-е Пет. 4:10/

"Он есть умилостивление за грехи наши, и не только за наши, НО И ЗА ГРЕХИ ВСЕГО МИРА.

А что мы познали Его, узнаем из того, что соблюдаем Его заповеди.

Кто говорит: "я познал Его", но заповедей Его не соблюдает, тот лжец, и нет в нём истины;

А кто соблюдает слово Его, в том истинно любовь

Божия совершилась: из сего узнаем, что мы в Нём". /1-е Иоан. 2:2-5/

То есть искупивший весь мир Спаситель соединяет с Собой тех, кто стоит на Пути, ибо Он - "Путь, Истина, и Жизнь".

Мы переболели детской болезнью дурной свободы от Отца, пребывания вне Дома, чтобы избрать Его навечно. Изжит, хотя бы разумом преодолён соблазн Тьмы.

Единый для всех Отчий Дом, Любовь в Отце, Сыне и Духе, друг к другу и всякой твари. Любящая единая семья. Целое, где каждая часть жертвенно служит всем и Всему, получая за это Жизнь - счастье непрерывного восхождения к Истине.

В Доме все бесконечно свободны для Света, Красоты, творчества. Здесь каждый свободен вершить своё Дело, состояться в Замысле. Свобода отныне будет заключаться в преодолении иных, неземных препятствий и испытаний, - так свободен Спаситель, Сын, всегда находящийся в Доме Отца. Но это не будет свобода "от Отца", человек будет навеки освобождён "от лукавого", которому не будет места в Доме, как не будет там места тьме.

Высшая СВОБОДА - лишь в Отце и Его Доме. Будет навеки преодолён соблазн тьмы внешней, дурной свободы ОТ Творца с Его Законом: "Все - в одном, один - во всех". Ибо, войдя смиренно в человеческую плоть, Божество вошло в тварь, соединив её с Собой не только Замыслом, но и любовью.

"Интеллигенция погубит Россию", - предсказание из "Вех".

"Иисус сказал ему: Я есмь путь и истина и жизнь; никто не приходит к Отцу, как только через Меня". /Иоан. 14:6/

Христос - Путь, Истина и Жизнь, поэтому исповеда

ние Христа - прежде всего исповедание Пути, образа жизни. Служение восходящему Целому во имя достижения Царства преображённым человечеством.

Советский народ в массе своей стоял на Пути и восходил, не ожидая личной награды, "по велению сердца". То есть это был не страх рабства, не корысть наёмничества, а сыновство. По призванию, по духу.

Это похоже, как если бы альпинист-романтик, восходящий в поисках красоты, высоты горней, преодоления земного притяжения в тесной связке с товарищами, для спасения которых часто рискующий жизнью, в самом процессе восхождения, в победе над собой испытывающий счастье, - вдруг находит на вершине горы неожиданное бесценное сокровище.

Таковым может стать для "красных святых" бессмертие в Доме Отца. Неведение о награде, о Царстве "там", по ту сторону земного бытия, - вот собственно, что отличало "товарищей по духу" от христиан. Ещё, разумеется, молитвенное обращение ко Христу, церковные таинства, вера в Него, как в своего Спасителя, о которой ведает лишь Сам Господь. Но не всякий, говорящий: "Господи, Господи!" - войдёт в Царствие. А к "ставшему на Путь" Спаситель приходит Сам.

Ну а настоящее "богоборчество", в котором часто несправедливо упрекают советских людей, - это отрицание Замысла, Откровения, Учения Нового Завета как Пути и Образа Жизни. /"Все за одного, один за всех во имя Светлого Будущего", в переводе на язык товарищей/. В НЕПОСЛУША НИИ СЛОВУ можно упрекать кого угодно, только не "мечтателей и учёных", распевающих в коммуналках и у костров:

К станку ли ты склоняешься,

В скалу ли ты врубаешься -

Мечта прекрасная, ещё неясная

Уже зовёт тебя вперёд!

Помощь Божья, благодать, благословение даются ВОСХОДЯЩИМ и ВСТУПИВШИМ НА ПУТЪ.


* * *

Л.Н. Толстой, из "Дневников":

"Мы, богатые классы, разоряем рабочих, держим их в грубом непрестанном труде, пользуясь досугом и роскошью. Мы не даём им, задавленным трудом, возможности произвести духовный цвет и плод жизни: ни поэзии, ни науки, ни религии. Мы всё это берёмся давать им и даём ложную поэзию... Какой ужасный грех. Если бы только мы не высасывали их до дна, они бы проявили и поэзию, и науку, и учение о жизни".

"Сила правительства в том, что у них в руках самопитающийся круг власти: ложное учение производит власть; а власть даёт возможность распространять одно ложное учение, устраняя ВС° ПРОТИВНОЕ ЕМУ, ОБЛИЧАЮЩЕЕ ЕГО".

"Нельзя выдумать для жестоких поступков более выгодных условий, как то сцепление чиновников, которое существует в государстве".

"Жизнь наша господская так безобразна, что мы не можем радоваться даже рождению наших детей. Рожаются не слуги людям, а враги их, дармоеды. Все вероятия, что они будут такими".

"Наше искусство с постановкой потех для богатых классов не только похоже на проституцию, но есть не что иное, как проституция".

Мы - воины Неба. Мы отвоёвываем Его детей у Вампирии, у ложной системы ценностей, губительного образа жизни. У князя Тьмы.

"Ты создал нас для себя и не успокоится сердце наше, пока не найдёт Тебя". /Бл. Августин/.

Дети бессмертного Бога "по образу и подобию" не могут быть смертны.


Одни смотрят на мир с высоты птичьего полёта, другие - "птичьего помёта".

Падший человеческий разум отказывается признать невероятное, чудо. Так наше зрение упрямо воспринимает вогнутое лицо как привычное, выпуклое.

Нет права обществу судить давние преступления - человек, как правило, уже совсем другой.

Рьяно берегущему здоровье, приверженцу и энтузиасту всевозможных методов оздоровления: - После стольких мучений - а вдруг кирпич на голову? Вот обидно!

Душа человеческая - как общий ребёнок двух расставшихся родителей, двух враждующих начал.

"Жнущий получает награду и получает плод в жизнь вечную, так-что и сеющий и жнущий вместе радоваться будут;

Ибо в этом случае справедливо изречение: "один сеет, а другой жнёт".

Я послал вас жать то, над чем вы не трудились: другие трудились, а вы вошли в труд их". /Иоан. 4:36-38/

Единство служения каждого, всех поколений Богочеловечества в Целом, в общем Замысле Неба.

ВАМПИРИЗМ ЗАРАЗЕН. Всякая жизнь за счёт другого вызывает у этого "другого" ответную жажду чужой крови. Основа капитализма: питаюсь другими, самоутверждаюсь, чтобы расширять своё каннибальское меню до бесконечнос ти. Чтобы все служили МНЕ.

Суть Закона, Замысла Неба /и отчасти идеологии коммунизма - Антивампирии/: утверждаюсь, чтобы вершить Дело Божье на земле- "спасти погибающих, собрать рассеянных", сострадать и "сеять разумное, доброе, вечное".


"Я пастырь добрый, душу полагаю за овец"... И сохраняю их, приумножаю, чтобы вернуть Господину.

Современная цивилизация - скотобойня, чтобы овец Господина "резать и стричь". Пускать на пуловеры, дублёнки и шашлык.

ДОЛГИ НАШИ... Долг, чувство долга... "Исполнен долг, завещанный от Бога"... Не исполняющий ДОЛГ - не исполняет Замысла. Если и можно говорить о каких-то "правах человека", то лишь о праве "исполнить ДОЛГ".

Сказка Пушкина "О рыбаке и рыбке" - о нынешней цивилизации. Пожелание всё больших благ, доведённое до безумия,- чтобы само провидение было у злого мира "на посылках." И заканчивающееся, естественно, крахом "у разбитого корыта".

Что лучше - тайно служащий тебе солдат неприятельс кой армии или твой солдат, завербованный неприятелем?

Эксплуатация в сталинской Антивампирии явилась следствием напряжённой гонки двадцатых-тридцатых годов, отчаянным коллективным бегством от догоняющей разъярённой Вампирии во главе с князем Тьмы. Бежали, потом, чуть оторвавшись, строили в бешеном темпе фундамент новой, ещё неведомой на земле жизни, укрепляли оборону: "Дрянь адмиральская, пан и барон шли от шестнадцати разных сторон". Отбивались от подлинных и мнимых /разве в драке разберёшь?/- врагов. Ибо оборотень на то и оборотень, что имеет двойную личину.

Пусть эксплуатация государством, но это эксплуатация гребцов в лодке, удирающей от гигантского крокодила! Спасались не только тела, но и души - жертвы потенциальных вампиров, которым не удалось тогда добраться до народной шеи и свершить ту бойню, что разразилась через семьдесят лет. Цель оправдывала средства.

"И не бойтесь убивающих тело, души же не могущих убить; а бойтесь более того, кто может и душу и тело погубить в геенне"./Мф. 10:28/


Обычно душа сама понимающе откликается на такие, пусть жёсткие, но очищающие, грозовые периоды истории (энтузиазм гражданки, первых пятилеток, великий подвиг Второй Мировой).

Оборотень "Германия превыше всего", - беснующийся фашизм, шёл по пятам, изнутри сочувственно поскуливала "пятая колонна"...

Война, чтобы напиться крови. И война, чтобы не позволить это сделать.

"Ибо вот, все души - Мои: как душа отца, так и душа сына - Мои; душа согрешающая, та умрёт". /Иез. 18:4/

Конкуренция - победа и господство одних над другими, менее приспособленными, менее удачливыми, менее наглыми, жёсткими. Соперничество. Право сильного - право звероподобного. Использование даров Творца против Замысла Творца.

Социалистическое соревнование призвано было выявить сильнейших, чтобы они помогали слабым, подтягивали до себя. Взаимопомощь. Порок соревнований -показуха, элемент игры, "ветхие" стимулы. Но это был безусловно шаг вперёд по сравнению с конкуренцией, особенно практика перехода "в отстающие бригады".

"Герой труда" - это всё детство. Нелепо было бы давать звание Героя "рожденному свыше".

Это понимал Маяковский:

"Чтобы, умирая, воплотиться

В пароходы, строчки и другие долгие дела..."

Два глубинных начала в человеке - жажда свободы и жажда послушания - противоречивые, взаимоисключающие в жизни "века сего" - то анархии, то диктатуры, - непостижи мым образом примиряются в Боге.

Свободное послушание абсолютно Свободному Творцу, пребывание в Нём делает личность свободной. Но свободной не ОТ ТВОРЦА, а с ТВОРЦОМ.


Цель земной жизни - соединение Свободы и Послушания в крестном пути Христа - несение своего креста во имя исполнения Замысла:

"Потому любит Меня Отец, что Я отдаю жизнь Мою, чтобы опять принять ее;

Никто не отнимет её у Меня, но Я Сам отдаю её: имею власть отдать её и власть имею опять принять ее; сию заповедь получил Я от Отца Моего". / Иоан.10:17-18/

Свободное подчинение каждой ипостаси Троицы во имя пребывания в её Абсолютной Свободе.

Я в свободном послушании отдаю жизнь Целому, Замыслу, чтобы воплотиться в Свободе части, живущей Жизнью свободного Целого, неотделимой от Целого. Одновремен но абсолютно послушной и свободной вместе с Целым в этом новом бытии.

* * *

Несколько дней с того первого посещения Златогорья Иоанна готовилась, освобождая часть дома к приёму жильцов. Мебель им всю оставила, матрасы, подушки, шторы, посуду. Познакомилась предварительно с ними самими - две супружеские пары средних лет - русские из Грозного и обрусевшие немцы из Казахстана. У немцев дочь училась в МГУ, жила в общежитии, у грозненцев - двое детей были в златогорьевском интернате. Мужчины работали на строительстве престижного "крутого" посёлка в двадцати минутах автобусом от Лужина, там прилично платили и была надежда со временем купить квартиру. Не обязательно в Златогорье, но в системе Изании, которой они просто бредили после того ада, что пережили.

Рассказали, что там, на стройке, их целая бригада "наших". Обеспечили одеждой, разместили по квартирам. Дети пристроены, по утрам приезжает микроавтобус, кормит завтраком, оставляет термосы с обедом, и на ужин что-то вроде пиццы, только разогреть, и кефир по Мечникову... Забирают

по необходимости спецодежду - постирать, починить, заменить постельное бельё два раза в месяц, другие бытовые надобности... В общем, денег своих они не тратят, отдают в ИЗАН-банк. Жёны тут же разнорабочими, мусор вывозят и постепенно осваивают "отделку".

Противно, конечно, работать на жирных, но они уверены, что всё скоро начнет меняться и победа будет за нами.

Вот теперь и за жильё, слава Богу, платить не будут, и здесь, у Иоанны, куда лучше, чем в доме, что они прежде снимали. Там хозяйский сын - алкоголик, по ночам бузит, не даёт спать. А она пусть не волнуется, дом будет в полном порядке, утром и вечером с Анчаром погуляют, и забор поправят. И вообще, где надо подремонтируют, доведут понемногу до ума, включая сад-огород - у них руки, слава Богу, откуда надо растут...

Приехали за жигулёнком. Иоанна отдала ключи от московского гаража, позвонив свекрови, что сдала за баксы. Забрали тюки со старыми и просто ненужными шмотками, игрушками и книжками из чулана московской квартиры. И вообще со всякой разностью с антресолей, лоджии и гаража.

Иоанна чувствовала себя грешницей перед постригом - Боже, сколько же у неё было лишнего и как тяжело с каждой вещью расставаться! Просто отрываешь от сердца, какие-то "минувших дней воспоминанья", события, давно ушедшие краски, запахи... Вот Лиза - как она легко расстаётся со всем ненужным, как весело дарит, раздаёт! А может, и Лизу с тех пор изменили эти "рыночные отношения"?

Так Иоанна открыла в ИЗАН-банке счёт, получила компьютерную карточку и подумала, что ей, жадюге, всё же легче, чем когда-то уходящим из мира монахам и толстовцам, раздававшим имение неизвестно каким нищим, которые могли всё пропить и спустить кошке под хвост. Ведь отныне и её дом, и жигуленок, и гараж, и лишние вещи будут работать не только на денисово исцеление и их "хлеб насущный", но и будут честно продолжать служить другим людям. Кстати, под

"нищими" в Изании подразумевались все, нуждающиеся в данный момент в твоей помощи.

Потом наступил момент получения Дениса в аэропорту - именно "получения", ибо он был неподвижен, молчалив и элегантен на носилках под пледом, как переправленный багажом манекен. Осунувшийся, красивый какой-то потусторонней смертельной бледностью и непривычной огромностью неподвижно-кукольных, раз и навсегда испуганных глаз, он, никогда ничем не болевший, незыблемый, как пресловутый "айсберг в океане", вдруг был разом перевернут, повержен со всей своей подводной и надводной частью. Непотопляемый начал погружаться и дробиться, разламываться и таять, и оказалось ,что всё, прежде единственно важное, попросту исчезает при этом персональном апокалипсисе. Что остаётся только боль и ледяной ужас перед лицом небытия. Не небытия-покоя, а некой нелепости, катастрофы, антибытия - так пытался он ей потом объяснить своё состояние, когда решился, наконец, заговорить о пережитом. Мольба... К Богу?.. Да, конечно, к Богу, потому что больше никто не мог помочь. Чтобы это невыносимое крушение наконец-то остановилось и одновременно не останавливалось, ибо конец был страшнее самой боли. Страшнее которой, вроде бы, ничего не было.

ТАК ГОВОРИЛ ЗЛАТОВ...

- О каком таком объективном мире вы говорите? Где он, этот объективный мир? Что вы, - вот вы лично о нём знаете? Вы знаете только свой субъективный мир, который начался, когда начались вы, и умрёт с вашей смертью. В этом мире есть лишь то, что вы видите, слышите, чувствуете, мыслите - или сами, или от других. Только те города, те люди, только та музыка, книги, история человечества, что так или иначе коснулось вашего "Я". А если бы вы не узнали в своё время, что был Наполеон, Юлий Цезарь и Иван Грозный, их бы для вас и не было. У кого-то полмира занимают шахматы,

у кого-то женщины... Вот вы, небось, десятки оттенков жёлтого различаете, а кому-то что солнце, что репа - всё одного цвета. Но зато он знает, как и когда эту репу сажать, и сколько дворов и коров в его деревне, и кто лазит в окно к соседке, когда сосед уезжает на рынок с огурцами. Где он, ваш объективный мир? Есть только то, что включает в себя ваше субъективное сознание, и ни грамма больше. Для вас и для меня есть история человечества, а какой-нибудь дворник Кузя на неё плевать хотел. И прекрасно без неё обходится.

Какой-нибудь нищий старик, развалина, за жизнь цепляется, а этот, кровь с молоком, стены баксами оклеены, - пускает себе пулю в лоб. Где тут объективность? Объективная реальность то бишь? Я вот с вами сижу и не знаю, есть ли сейчас объективно мой дом, или, не дай Бог, сгорел уже. А жена к другому ушла. Потому что у неё свой объективный мир. Я только знаю, что мне сообщают мои органы чувств и перерабатывает мой разум, а объективно это или не объективно... И так, видимо, каждый, если эти "каждые" мне не снятся... Каждый - бог своего собственного мира, альфа и омега, начало и конец. Миры эти взаимодействуют, пересекаются, сталкиваются, враждуют, сближаются - это и есть жизнь.

Конечно, этот ваш объективный мир неизбежно пожирает своих богов, но вдумайтесь, что происходит...Уничто жая меня, божка, мир умирает сам. Вот он лишил меня глаз, ушей, носа, языка, рук, ног - и исчезли краски, звуки, запахи, пространство... У меня нет сердца, лёгких, почек, искусственное кровообращение - теперь наука на всё способна - остался только мозг. Вернее, кусочек мозга. Тот самый, который связывают с хранилищем "Я", с памятью, хотя память, по-моему, вовсе не хранилище индивидуальности. Когда я впервые увидел над собой красную погремушку и понял, что хочу её, я осознал своё "Я" как хотение, а не как память. Памяти ещё не было. Ну, хорошо, пусть память. Так значит в этой самой памяти, в нескольких кубиках мозга, сейчас по

мещаюсь я, да плюс к тому весь мир. С Наполеоном, Цезарем, Нью-Йорком и Эйфелевой башней, со всеми науками, музеями, симфониями, Толстым и космосом, потому что, пардон, ему больше негде помещаться, этому космосу. Потому что, убивая эти самые несколько кубических сантиметров мозга, мир убивает себя. Наступает тот самый конец света, которого так боится человечество, а вся штука в том, что он у каждого свой. Персональный.

Рождение - начало света, смерть - конец. А поскольку вы мне не можете показать самого что ни на есть разгения, который мог бы доказать, что есть объективно что-либо за пределами его микрокосма, то и наличие объективного мира после вашей смерти - всего лишь из области предположений. То есть вот где он помещается, этот ваш объективный мир, - он шлёпнул себя по темени, - Кирпич на голову, и хана объективному миру. Вы возразите, конечно, что миллионы людей за историю человечества сошли в могилу, а мир стоит себе. Но это лишь доказывает, что миллионы объективных миров погибли за это время, а, если предположить, что душа не помещается здесь, - он опять хлопнул себя по темени, - и вообще нематериального происхождения, то отдельное человечес кое "Я", то есть бог с маленькой буквы ("Я сказал: вы - боги") переживёт свой объективный мир.

Да, мы знаем, что люди-боги неизбежно исчезают с лица земли, сбрасывая тела, как змея кожу. Но что это значит, ты будешь иметь некоторое право сказать, лишь сам проделав подобную процедуру, если так можно выразиться. Во всяком случае, если ударом кирпича по голове разрушается не только твой земной мир, но и твой микрокосм, который этот мир вмещает, то есть полная крышка во веки веков, то хвалёная ваша вселенная сгинет вместе со мной. Потому что если я ничего не знаю и не чувствую, то ничего и нет. И ничего вы тут не докажете, да и доказывать будет некому, и вообще не стоит огород городить.

Вот если, как мы верим, душа бессмертна, и каждый

предстанет со своим микрокосмом перед лицом Творца, тогда и о вашем реальном мире можно поговорить. Только для этого придётся суммировать микрокосмы всех когда-либо живших и посмотреть, что получится. А такое под силу лишь самому Творцу.

Национальное, классовое, партийное, общинное - любое групповое самосознание имеет право на особую миссию лишь в главном - восхождении Богочеловечества к Царствию.

Умный верит глазам, дурак - ушам.

Русские - дети, их провели, как детей, но и выкинуть что-либо ужасное они могут теперь, как злые мстительные дети.

Мы - другие. Наши и ненаши. Две цивилизации. Разница в понятии, что такое хорошо и что такое плохо. Одни пришли в мир брать, другие - отдавать. Одни служить, другие - чтоб им служили, прислуживать и прислуживаться. Одни - быть первыми, чтобы стать последними, другие - быть последними, чтобы стать первыми. Одни ради похоти своей - другие ради освобождения от неё. Одни - врастать в землю, другие - взлетать к Небу.

Бедняги, они не знают радости подвига, победы над собой, жертвенного служения великой цели. Это высшее наслаждение, и если вы думаете, что в такие минуты не Господь дарит своим избранникам эту небесную радость, то вы ничего не понимаете. Жалкие, больные дети, измученные игрушками, жадностью и комплексами.

Как жена Лота - не оглядываться. Только вперёд.

Два мира. Разница - в ответе на вопрос о происхожде нии человека и смысле его жизни. Наша мудрость - тоже безумие в глазах мира.

Как нам жить, о чём просить Небо? Наиболее известное прямое руководство - молитва Господня "Отче наш".


"Отец наш, Который на Небесах",- взываем мы, признавая своё небесное происхождение и Замысел. "Единая семья". "Наш", а не "Мой".

"Да святится Имя Твое, да придет Царствие Твое". Сказано, что "царство Божие внутри нас". То есть в сердцах наших. На Небе оно уже наступило, на земле невозможно, ибо "не от мира сего" и нарушило бы право "не являться на пир Господина". Оно в сердцах уже здесь, на земле, а продолжение - в вечности.

- Вслед за церковью мы боремся за духовную экологию, не только природную. Чудовищное сатанинское загрязнение общества превзошло Содом и Гоморру,- города, которые Бог уничтожил как рассадники греха.

- Но, насколько я знаю, искушения необходимы. Лишь преодолевая их, мы познаём истину.

- Да, вы правы, поэтому нам и не заповедано просить об избавлении от искушений. Существую я и мои искушения, перефразируя философа, - в этом жизнь. Ежедневно она предлагает нам дилемму: Бог или Лукавый? Это нормально: свобода там, где есть возможность выбора, в данном случае послушания или непослушания Небу. В конечном счете, это определит нашу судьбу в вечности. Вернётся ли блудный сын, нахлебавшись горькой свободы, к Отцу, источнику Жизни, или так и погибнет на чужбине? Ответ на этот вопрос каждый даст сам своим земным бытием. Это вопрос из вопросов, самый важный. Но можем ли мы, дети Неба, допустить тиранию законов Лукавого?

Как бы вам объяснить? Для того же идущего в гору альпиниста полезны и неизбежны, к примеру, расщелины, пропасти, крутизна, ледники, дикие звери. Но допустимы ли капканы, расставленные на маршруте? Отравляющие ядовитые газы, ложные указатели, разбойники из-за угла? Это уже не честная борьба добра со злом - это хлынувшая в души отрава, с которой практически невозможно бороться.


- Можно считать нас приемниками коммунистов, но у нас генсек - Господь Бог. Мы берём за основу общую для всех главных религий этику Неба - Замысел Творца о БОГОЧЕЛОВЕЧЕСТВЕ.

Наши правила: табу на религиозные споры и распри вплоть до исключения. А при вступлении - отречение от сатаны и дел его /от лукавого/.

- А для атеистов?

- Они называют богом совесть и исповедуют ее как высший нравственный закон бытия. То есть по части этики у нас противоречий нет, а остальное - тайна взаимоотношения Творца и каждой отдельной личности. Наши враги - не те, кто не верят, а враги Замысла Творца, которые "ведают, что творят". То есть враги Божии и прямые сатанисты.

Нам близки лучше советские песни, хотя мы их часто видоизменяем.

"Весь мир насилья мы разрушим..." - то есть "лежащий во зле мир". Мы не скрываем, что хотим взорвать его изнутри. По крайней мере, ослабить. "Кто был ничем, тот станет всем" - для нас это не социальная, политическая или правовая революция, а РЕВОЛЮЦИЯ ДУХА - "дорога к солнцу от червя", превращение человекозверя в Богочеловека, согласно Замыслу.

"Наше дело правое, победа будет за нами",..- разве в этих всем известных словах - не вера в некую высшую надмирную справедливость?

Прославлю тебя и работой и песней,

Ну а если в поход трубачи протрубят,

Прикажи - я умру за тебя и воскресну,

И опять буду жить для тебя.

Это известный демократ Владимир Войнович, "Клятва Родине". Они сейчас чрезвычайно современно звучат, эти советские песни. Не замечали?

Будь такие все, как вы, ротозеи,

Что б осталось от Москвы, от Расеи?


Всё пошло б на старый лад, на недолю,

Взяли б вновь от нас назад землю, волю;

Сел бы барин на земле злым Малютой,

Мы б завыли в кабале самой лютой.

Узнали? - Демьян Бедный.

* * *

Они перевезли Дениса, вернее, то, что от него осталось, сначала в московский кардиоцентр, где продержали десять дней, а потом разрешили долечиваться в Златогорье под неусыпным наблюдением известного кардиолога, одного из первых членов Изании. Кардиолог жил в Златогорье практичес ки постоянно с женой-невропатологом, спасаясь от прожигающего жизнь потомства.

- Вся квартира на ушах, а ведь были нормальными детьми, - сокрушался он, - Дёрганые, бесноватые, одни бритые, другие - патлатые. Те и другие - немытые, что-то у них вечно бухает, музыкой этой пытать только. В компьютере монстры скачут, по видаку коллективно трахаются, мобильники пищат - всё какие-то разборки, меж собой изъясняются многоэтажным, как дворник Кузя из анекдота. Девки костлявые, полуголые, с ногтями до колен. Шабаш, одним словом.

Возможно, и Иоанне ипредстояло скоро встретиться с совсем чужими, скандально-истеричными, неподконтрольны ми внуками, уже что-то нюхающими, глотающими и курящими, с их непонятными словечками, компьютерными играми. Две дёрганые кривляющиеся маски, под которыми прячется неизвестно что...

А пока, она у трапа самолёта гладила восковое лицо Дениса, преодолевая щемящую до слез жалость бодрой улыбкой - ничего, теперь всё будет хорошо, ты дома, выкарабкаем ся... Он вежливо и мужественно играл в эту игру, позволяя с собой делать, что угодно. Как шкурка, из которой вынули плоть и душу -шейте шапку, воротник, только чтоб не было слишком больно...


Он был ещё в другом измерении - Пушкинский Скупой, жизнелюб-трудоголик, отбросивший ключи от ставшего вдруг ненужным сундука. Уже потом, в Златогорье, он поверит в своё выздоровление, - не так, будто болезнь была нелепостью, аномалией, и теперь всё в порядке - Денис поверит, как во временную аномалию, именно в выздоровление, в некое отпущенное ему Небом время. Он вернётся к своему сундуку, к его содержимому, и скурпулёзно, в отчаянии начнёт в нём копаться, понимая, что единственной его ценностью может стать лишь нечто, чего нельзя растащить и растратить, когда из ослабевших пальцев выпадут ключи.

Не на горе и слёзы обобранных ближних обменять жизнь, не на шоколадные обертки и пустые бутылки из-под шампанского и стоптанную "саламандру", а на нечто, о чём Пушкин... Когда он начал выздоравливать, они часто вспоминали это языческое: "Нет, весь я не умру... доколь в подлунном мире жив будет хоть один пиит"... А далее уже совсем по-советски: "И долго буду тем любезен я народу, что чувства ДОБРЫЕ я лирой пробуждал, что в мой жестокий век восславил я СВОБОДУ и милость к падшим призывал". Пиит,.. народ,.. То есть "в памяти людей" - как это по-советски!.. И, наконец, финальное. То, что надо. Из этики христианской:

"Веленью Божию, о муза, будь послушна"... То, что выбрасывали из школьных учебников. Сундук, наполненный нетленным. "Исполнись Волею Моей"!.. Приходя в себя от потрясения и осознав банальную истину, что подлинное наше пребывание - там, по ту сторону, обострённо чувствуя себя подвешенным на тонкой нити над бездной, нити, которая рано или поздно неизбежно оборвётся, он в этом непривычном состоянии вновь и вновь прислушивался к себе - не взорвётся ли снова внутри оказывается такой хрупкий и отнюдь не вечный двигатель его жизни, разбиваясь на десятки осколков, нещадно ранящих корчащуюся в муках плоть?

Потом, уже встав на ноги и прогуливаясь с ней по до

рожкам Златогорья, шагая осторожно, с палочкой, чтобы не оступиться, он будет снова и снова вспоминать отнюдь не последнюю свою забугорную ленту, в судьбе которой Айрис благородно приняла самое активное участие. Взяв на себя рекламу, необходимые формальности, документацию, презентации и контракты, нажимая на нужные кнопки, нужных людей в своем родном забугорье и практически освободив больного от всех хлопот о судьбе последней ленты, к которой Денис испытывал стойкую аллергию. Видимо, сказывалось предынфарктное состояние, в котором он был вынужден в смертельной гонке ее заканчивать. Нет, Денис вспоминал, как итог, их совместные ленты, особенно совковый сериал с Антоном-Кольчугиным... Кто же он всё-таки был, сотворенный ими советский супермен, борец против вируса распада, зарождающегося в недрах системы, -ведь он был первым изанином! Коммунистом-изанином. Себе - хлеб насущный, лишь самое необходимое. Все сверхсилы и сверхталанты - "борьбе за освобождение человечества", как сказал бы "красный мученик" Николай Островский. Освобождение от заразы вампиризма. Ради права жить ДЛЯ спасения других, а не ЗА СЧ°Т других.

Чтобы ободрить Дениса, Иоанна провела своеобразный курс психотерапии. По ящику как раз показали в очередной раз их сериал, и она по горячим следам организовала встречу со зрителями в златогорском клубе, пригласив жителей окрестных посёлков. Встречу с Денисом и ещё кроме неё кое с кем из съёмочной группы, кого удалось раскопать. Антона в Москве не было - где-то мотался, как все, делал свой бизнес. Может, и к лучшему, что не было, пусть останется в памяти народной вечно юным Павкой Кольчугиным на лихом коне - мотоцикле, грозой вурдалаков, "борцом за освобождение" от их клыков и когтей. Воином с вдохновенным лицом ангела-разбойника.

Им устроили овацию. Как ни странно, было много молодёжи. Денис, ещё совсем слабый, сидел в кресле на старо

модной сцене в старомодном зале заводского клуба, навевающем воспоминания о концертах их детства. Он был заметно взволнован. Иоанна тревожно поглядывала в его сторону, однако надеясь в глубине души, что ему такая психологичес кая встряска пойдёт на пользу. Мистическая энергия народной любви - не беснование, не фанатизм идолопоклонства, а нечто совсем иное, пробужденное теми самыми "чувствами добрыми"... Именно неподдающаяся точному определению "совковость" заставляла сердца людей самых разных возрастов и социальных групп трепетать и заходиться в восторге, когда бесстрашный витязь сражался с Кощеем Бессмертным, который "над златом чахнет", и находил, наконец, Кощееву смерть. И Василиса Прекрасная, символ души Божьего народа, подавала ему руку, и они вместе выходили из ворот рушащегося Кощеева царства. И не уносили с собой ничего из призрачных сокровищ Кощеевых, бессильных заставить Василису прилепиться к его царству.

"Это даёт мне силы жить и бороться, когда вокруг столько грязи, подлости, обмана, и всё решают деньги, - зачитала учительница выдержку из сочинения девятиклассни цы Нади Поповой о сериале "По чёрному следу", - в трудную минуту я ставлю видеокассету, когда Кольчугин оказывается один против целой банды. Но когда ему крикнули: "Всё, тебе крышка, нас тут тьма!" - он отвечает: "А нас - свет!". И побеждает".

Надя написала, что теперь, став изанкой, всегда повторяет эти замечательные слова, "в борьбе, когда тёмные силы уж так злобно гнетут и наезжают, что, кажется, нипочём не выдержать. Вас тьма, а нас - свет, - себе это повторяю и друзьям, это для нас как молитва", - написала Надя Попова.

Денис по-настоящему, а не вымученно улыбался, впервые за дни болезни, словно он сам был Надей Поповой, которую похвалила учительница...

Он вообще стал как ребёнок - боялся оставаться один, боялся темноты, всё время прислушивался к себе, украдкой

щупал пульс и, когда его в этом уличали, врал, что "ничего подобного", и раздражался. Он ушёл в болезнь, как в кокон, заглянув "туда" и до смерти испугавшись. Ему надо было наедине о собой разобраться со старыми безделушками, потерявшими вдруг всякую ценность. Он чувствовал себя немощным старцем среди ненужных детских игрушек. Скорее всего, он не верил в Бога, хоть и очень хотел поверить, но вдруг почему-то поверил в Суд. Если не Божий, то Истории, Совести. Итоговый суд своей жизни. И испугался, как ребёнок, оказавшийся вдруг старцем в детском манеже среди погремушек...

Не случайно на вопрос из зала о новых фильмах он умолчал о своих забугорных лентах, кстати, "на уровне" и кассовых. И о последнем своём фильме, который за время его болезни успешно раскрутила Айрис. Не мог он признаться этой аудитории, что развлекал, щекотал нервы, играл на потребу той "тьме". Кровь, драки, стрельба, погони, "клубничка"... В общем, как все - делал карьеру, деньги, самоутверж дался - ничего такого он не посмел сказать. Просто посетовал, что в России стало работать очень трудно. Зал порадовался, что Денис по-прежнему "наш", поступила записка об Антоне-Кольчугине, - где и что? Выручила Иоанна, сказав, что в последний раз видела Кольчугина во время противосто яния на Васильевском спуске. С народом. Зал разразился аплодисментами, и Денис снова улыбнулся. Он оживал на глазах в забытой, ностальгически "совковой" атмосфере зала, благодарной и всему верящей.

"И вот о чём крушусь: к суду я не готов".

Пушкинского "Странника" тоже страшил грядущий Божий суд...

"Что чувства добрые я лирой пробуждал"...

Врач сказал, что Денису необходимо восстановить внутреннюю связь, "общее кровообращение" с ней и другими членам семьи, с друзьями, привычными делами. Адаптировать ся и вновь укорениться. Так и сказал: "вновь укорениться".

Первое время, в московской клинике, посещение Дениса было ограничено, он почти всё время спал, иногда открывал глаза, пытался шутить: "Ты? Значит, я ещё не в аду". Рука благодарно сжимала ее руку, а она про себя молилась Спасителю и чувствовала, как горячая животворящая энергия изливалась в неё - куда-то в темя, через шею, плечи, ладони - к кончикам пальцев. Стекала с них невидимыми потоками, и руки Дениса теплели, розовели щёки, выравнивался пульс... Он счёл её экстрасенсом, чем-то вроде Ванги, инстинктивно, как подсолнух, тянулся к её силе. Но Иоанна знала, откуда она, эта энергия, часто теперь обращалась к ней, когда надо было снять кому-то головную боль, снизить давление, остановить кровотечение. Она знала, что Он слышит её и всегда помогает, каждый раз счастливо изумлялась этому чуду.

Порой просыпалась в ней иная сила, неистово-разру шительная, готовая смести всё и вся. Тьма тоже слышала её и ждала лишь какого-то знака, согласия с её стороны, чтобы вмешаться в действо. Она могла привести множество жутковатых примеров собственной агрессивности и лишь недавно поняла, почему надо прощать и хотя бы пытаться любить своих личных врагов и обидчиков в отлитие от врагов ОТЕЧЕСТВА и Божиих. В конце концов, любить врагов Отечества или врагов Спасителя ты просто не имеешь права. Ибо в первом случае, став на сторону хищников, губящих тела и души немощных и слабых, которых Господь заповедал защищать, ты автоматически присоединяешься к армии тьмы. Под "отечеством", само собой подразумевалось не просто место твоего рождения, а страна, противостоящая грядущему Царству Антихриста и Мамоны. Ненавидеть означало обезвредить, отпилив им когти и клыки. Что, собственно, и пыталась делать советская Антивампирия, пока не наступило полнолуние и не пробило полночь...

Разве наше Отечество, Святая Русь и советская, не должна была стать по Замыслу Творца убежищем избранников от Лукавого, от которого мы просим нас избавить Небо?


И чураться врагов Спасителя: "Мне отмщенье, Аз воздам". Ибо даже апостол Павел был Савлом, гонителем Христа...

Когда врачи сочли возможным перевезти Дениса в Златогорье, она без колебаний переехала туда же, оставив дом и Анчара в надёжных руках. Это тоже было чудом - обычно так трудно найти подходящих людей, а тут и дом под присмотром, и всякие неполадки, мелкий ремонт - будто по мановению волшебной палочки вершится сам собой.

Между прочим, и проблемы посерьёзнее всегда можно было разрешить при помощи Изании, а с Анчаром, как она убедилась, жильцы справлялись лучше её. Короче - попадание в десятку.

Ей дали комнату в бывшем главном здании профилактория - гостиничного типа, с балконом. Комната и совмещённый душ с туалетом. В коридоре стояли три газовые плиты - если надо что-то разогреть, вскипятить чайник или сварить кофе. Посудомойка и контейнер для мусора. А вообще питались в столовой. Всё, как в советских домах творчества. Меню заказывалось на три дня вперёд, еда была простая и вкусная, в том числе и диетическая. Шведский стол - капуста, чеснок, свежие овощи, зелень из златогорьевской теплицы. Работающие вдали от Златогорья получали при необходимости специальный златогорский тормозок - обед в лёгком компактном изан-термосе, по возвращении - ужин. Так что принцип "хлеба насущного" соблюдался неукоснительно...

В комнате - двуспальная кровать, встроенный платяной шкаф, письменный стол-секретер с откидной шторкой, типа шведского, также встроенный в стену небольшой холодильник и что-то вроде телевизора, по которому, однако, кроме обычных телепередач можно было заказать и посмотреть любой фильм, художественный и познавательно-учебный. Отсюда же осуществлялась связь со всем Златогорьем и с любыми точками системы Изан-нет. Можно было не ходить в столовую, а попросить принести обед или завтрак в номер.

Или заказать деликатес /за дополнительную плату/, принять гостей. Для большого торжества - арендовать специальный зал. Если сумма превышала предел разумной нормы, тебя вызывали на собеседование, предупреждали о нарушении Закона, а потом могли и исключить из Союза за несоблюдение его принципов. В общем, можно было позволить себе всё, что разрешалось среднему советскому гражданину, кроме пьянства. Плюс дозволялись ещё кое-какие "слабости", связанные с развлекательными поездками, индивидуально-бытовой техникой, фирменной косметикой или даже приобретением экзотической породы пса.

Но всё это было редкостью, ибо жили в Златогорье, в основном, аскетичные фанаты-трудоголики, которые, дорвавшись, наконец, до возможности выкладываться на полную катушку, не отвлекаясь на быт и прочие досадные мелочи жизни, самозабвенно это делали.

Они-то и составляли основной контингент первых изан вместе с романтической молодёжью, - егоркиными фанами, фиалочками и сизарями. Верующими самых различных конфессий, жаждущими дела комсомольцами и партийными всех цветов и мастей. Здесь все вполне уживались, поскольку религиозные, национальные и политические споры были строго-настрого запрещены.

- Свято соблюсти то, что нас объединяет, и бежать всего, что может разъединить. Помня, что взаимоотношения человека с Богом - сугубо личное дело каждого. Мы на войне, и у нас общий враг - не отдельные личности, а Вампирия, порождающая грех и питающаяся грехом, - говорил Егорка. - Лишь бы твоя партийная или религиозная деятельность не противоречила принципам Изании.

Когда в селение прилетает многоглавый кровожадный дракон, требующий ежедневных жертв, желающие спастись должны объединиться именно для противостояния дракону. Для споров и разногласий найдётся другое место и время.

Очень важно для Изании - состояние земли, бережное

к ней отношение. Родина - вверенная тебе Небом экологичес кая ниша. Защита детей и немощных, посильное участие в различных прогрессивных начинаниях, движениях, протестах. И вообще - тактика вытеснения хищников, вампирского сознания из жизни, включая твою собственную жизнь, твоё сознание. Поэтому подразумевается, что бороться с излишками и низменными желаниями изанин должен сам, коли уж стал на этот путь. Кстати, гораздо более либеральный, чем толстовство, не говоря уже о монашестве, подразумевающем уход из мира.

Уборка и смена белья производились регулярно, как в гостинице. Обои, шторы, светильники, весь интерьер легко мог быть заменён по желанию жильца. Был небольшой набор посуды, на балконе - кресло-качалка, которое Иоанна тут же перетащила в комнату. За письменным столом она никогда не работала, только в старом кресле, со стопкой бумаги в папке и шариковой ручкой. Как во времена службы в газете. Работалось здесь дивно - нажимаешь кнопку, заказываешь, и - пожалуйста, любая книга, любая информация. Её интересовали коммунизм и религия, точки расхождения и соприкосновения.

Можно было заказать и любую учебную программу - ей иногда удавалось выкроить час-другой для английского. Компьютер с ней разговаривал, задавал вопросы, фиксировал и исправлял ошибки и даже вздыхал, когда она ошибалась. Слушала она и музыку - старый джаз и классику, особенно когда Денису отменили больничный режим. Музыка в их комнате, по сути, не смолкала - то их общий кумир Владимир Горовиц, то другие лучшие исполнители и оркестры мира, то духовная музыка... Оба не уставали изумляться и досадовать, что эта волшебная сторона жизни их в прежней суете обходила.


ТАК ГОВОРИЛ ЗЛАТОВ...

- Можно, конечно, при необходимости научиться писать ногой, читать пальцами рук и питаться при помощи клизмы, но в здоровом организме каждый орган должен делать то, что умеет, любит, к чему призван и для чего создан.

Это не просто принцип разумного эгоизма: "ты - мне, я - тебе" или "я - вам, вы -мне". Или: "Я - Изании, Изания - мне". Это - осознание каждой малой клеткой необходимости добросовестного и самоотверженного служения Целому, получая взамен бесценное - ЖИЗНЬ. Временную, переходящую в бессмертие, когда "Царствие внутри вас есть". Получив от Творца ДАР жизни временной, я ДАРОМ служу всем и Целому этими ДАРАМИ, получая взамен ДАР ЖИЗНИ ВЕЧНОЙ.

Я - богоподобная веточка, творчески, с любовью к Замыслу исполняющая своё предназначение и получающая для этого всё необходимое от Изании, от её корней, связанных Замыслом с вечными источниками бытия.

У нас отдаётся гораздо больше, чем проглатывается, мы всегда помним заповедь: "лишь то, что отдал - твоё". "Отдай имение своё нищим"... Под "имением" мы подразумеваем дары Неба, данные каждому из нас. Под "нищими" - всех, кто нуждается в нашем служении при помощи этих даров. И компьютеры Айрис всегда разыщут погибающего, тонущего, нуждающегося в помощи среди "моря житейского". Именно в МОЕЙ помощи. А когда-нибудь "спасенный" решит и наши общие проблемы...

"По данной мне благодати, всякому из вас говорю: не думайте о себе более, нежели должно думать; но думайте скромно, по мере веры, какую каждому Бог уделил.

Ибо, как в одном теле у нас много членов, но не у всех членов одно и то же дело,

Так мы многие составляем одно тело во Христе, а порознь один для другого члены.

И как, по данной нам благодати, имеем различные дарования, то имеешь ли пророчество, пророчествуй по мере веры;


Имеешь ли служение, пребывай в служении; учитель ли, - в учении;

Увещатель ли - увещавай; раздаватель ли, раздавай в простоте; начальник ли, начальствуй с усердием; благотворитель ли, благотвори с радушием". / Рим. 12:3-8/

Такое наставление давал апостол Павел первой христианской общине, ну а мы в конце двадцатого века полагаем, что если у кого-то болит зуб или рука, то плохо всему организму; даже если больна самая маленькая клетка - беда для всех. Таков Замысел. Просто мы этой беды не чувствуем во-время из-за нашей оторванности от Целого -болезни распада, ведущего к гибели Целого, а следовательно, и нашей. Речь идёт, разумеется, не только о "смерти первой" телесной, но и о "смерти второй". Атрофии, омертвении оторванной от корней души, о постепенном превращении её в сухую ветвь, обречённую на отсечение от живой лозы Богочеловечества и на сжигание в Судный день.

И если кто-то учит моих внуков, а я - зубной врач, мне совсем не обязательно драть у учителя зубы, когда ему нужно, допустим, побелить потолок. А ещё проще - я буду драть зубы, маляр - белить, учитель - учить, а компьютеры Айрис, связанные с каждым изанином и "сочувствующим", точно определять, кто в чем нуждается. И кто в чём специалист, и степень участия в общем деле. И не надо нам впутывать сюда посредников - чиновников, правительство, прессу. Государство должно защищать нас от внешних и внутренних воров и бандитов, вот и всё. Изане - законопослушные граждане, исправно платят налоги. Более того, участвуют во всех благих начинаниях государства, раньше называемых "богоугодны ми", в возрождении великой Руси, и не только Руси. Мы -патриоты, мы любим нашу Родину как оплот борьбы против мирового зла по Замыслу Творца. И поддерживаем всех противостоящих вавилонской блуднице. Кто против неё, тот с нами.


Мы отвергаем те из человеческих законов, которые противоречат Закону и Замыслу Неба, отдают Богово кесарю. Мы не можем уничтожить мировое зло, оно неизбежно и необходимо - это дурманящее ядовитое болото, кишащее гадами и пиявками. Засасывающее до смерти, заставляющее избранников содрогаться от ужаса и омерзения, орать о помощи в тоске смертной. А блудного сына, промотавшего на чужбине отцовские дары, вспомнить среди нечистот и свиного пойла об Отчем Доме и ползти к нему из последних сил. Но именно таким мы протягиваем руки.

Идея всемирной революции - бесовская химера, Сталин это понял. Единственно возможное решение - устроить крепость, батисферу посреди зла для тех, кто хочет "выйти из неё" и идти на Зов. Советский Союз называли "империей зла", "тюрьмой народов", но можно ли говорить о несвободе тех, кто укрылся в крепости от врагов? И уверять, что народы стали "свободными" теперь, оказавшись в плену у демонов наживы, ненависти, всякого рода суверенитетов, разврата и лжи - чудовищной подмены понятий? Лжи, отец которой, как известно, сам дьявол?

СССР был не тюрьмой, а КРЕПОСТЬЮ народов, укрывшихся от соблазнов мирового зла. Это был своего рода добровольно-принудительный многонациональный монастырь, окруженный царством Князя тьмы. Есть Евангельское понятие о зле, и никуда от этого не деться. Любящий отец, запирающий гулящую дочь дома, и бандерша, запирающая её в бардаке, - и там, и там несвобода, но можно ли их отожествлять? Мировое зло - это всё, что уменьшает размеры Жатвы Господней, губит бесценные души человеков. Прежде всего, ложью, подменой понятий.

Нам приказывает молиться Господь: "Избави нас от лукавого". Лукавый - сам дьявол, отец лжи. Его борьба нечестная, схватка с ним - сплошное жульничество. "Когда партнёры ваши - шулера, а выход из игры уж невозможен", - как пел Вертинский. Мы это испытали на своей шкуре, разру

шив нашу крепость собственными руками, открыв хищникам все ходы-выходы.

Подкуп, зомбирование, прямое насилие...

Так курятник представляется лисе "тюрьмой кур". Пусть невозможно уничтожить зло, но наш долг - срывать с Лукавого маску и защитить от него слабых и доверчивых.

Мы отвергаем денежные отношения в прежней форме, хотя, казалось бы, что проще - пусть учитель заплатит маляру, маляр - стоматологу и т.д. ... Не надо, проходили. Каждый будет стараться запросить больше, а отдать - меньше, и вот мы уже вернулись в Вампирию. Деньги у нас, изан, тратятся на две вещи - хлеб насущный /необходимо-достаточное/ и долг Небу /через служение своими талантами Делу Божию на земле/. В сомнительных случаях - помощь духовных отцов и Совета Изании.

В Вампирии, как ни странно, человеку труднее отдавать, чем получать... Отдавать не в смысле "расточать", "пустить на ветер", а на дело Жатвы.

В каждом сидит вирус кровососа, стремящийся насосаться, захлебнуться и лопнуть. В тебе, дорогой, тоже.

Дурное безудержное пожирание чужих жизней по "праву сильного" приводит в конечном итоге к самопожиранию и саморазрушению. Вампиризм -движущая сила так называемого прогресса, цель жизни "идущих широким путем". А с нашей точки зрения - болезнь к смерти, ибо "хищники в Царствие не войдут".

Твой грех - твоё личное дело, твоя вина перед Небом, твоя постыдная тайна, о которой ты можешь кому-то рассказать с одной-единственной целью - предостеречь: "Не ешь, смертельно!". То, что мир называет свободой, мы называем даже не распущенностью, а разгулом, культом чумы. Трупными пятнами на прелестном личике супермодели и на завсегдатае фешенебельных тусовок, где проедают и пропивают украденные у стариков и сирот деньги, и на высокопостав ленном чиновнике, ревностно оберегающем власть тьмы.


Айрис - проповедница активной благотворительности: помочь каждому немощному, отчаявшемуся, неприспособлен ному к жизни обнаружить в себе внутренние резервы, приобщить к угодному Небу делу и тащить, тащить, уже не отпуская, пока сам не начнёт ходить.

В Изанию может быть принят тот, кто:

1. Признаёт приоритет вписанного в сердце высшего духовного начала, Закона (Бог, Высший Разум, Абсолютная Идея, Истина, Совесть - кто во что верит) над законами человеческими, рукотворными. Кто отныне исповедует прежде всего именно этот Закон, Ему подчиняется, отдавая Богу - Богово.

2. Цель верующих изан - Царствие. Личное бессмертие в царстве. Которое "не от мира сего", ибо "мир во зле лежит". Для изан-атеистов личное бессмертие - остаться в доброй памяти людей.

3. Закон неба - Закон свободы. Не дурной свободы от Бога и Его Воли, а напротив, свободное подчинение Творцу, несущему подлинную свободу. Это подчинение подразумевает:

а) Для себя - только разумно-необходимое, чтобы иметь возможность осуществить Предназначение, Сверхзадачу, вдохновенное творческое начало.

б) Приумножить и возвратить данные Богом таланты.

в) Избавление от лукавого. Разоблачение лживого сатанинского нашёптывания: - "Ешь, не умрёшь, Бог солгал". Закрыть окна, двери, заделать щели, не впускать в свой дом. А главное, коли ты сам болен, осознай это и не будь соблазном для ближнего.

"Разве не знаешь ты, что от века, с того времени, как поставлен человек на земле,

Веселие беззаконных кратковременно, и радость лицемера мгновенна?

Хотя бы возросло до небес величие его, и голова его касалась облаков:

Как помёт его, на веки пропадает он; видевшие его скажут: "где он?"


Сыновья его будут заискивать у нищих, и руки его возвратят похищенное им.

Кости его наполнены грехами юности его, и с ним лягут они в прах.

Если сладко во рту его зло, и он таит его под языком своим,..

То эта пища его в утробе его превратится в желчь аспидов внутри его.

Змеиный яд он сосёт; умертвит его язык ехидны.

Не видать ему ручьёв, рек, текущих мёдом и молоком!

Нажитое трудом возвратит, не проглотит; по мере имения его будет и расплата его, а он не порадуется.

Ибо он угнетал, отсылал бедных; захватывал домы, которых не строил.

Не знал сытости во чреве своём; и в жадности своей не щадил ничего.

Ничего не спаслось от обжорства его; за то не устоит счастие его.

В полноте изобилия будет тесно ему; всякая рука обиженного поднимется на него"./Иов. 20:4-22/.

"Сблизься же с Ним, и будешь спокоен; чрез это придёт к тебе добро.

Прими из уст Его закон, и положи слова Его в сердце твоё". /Иов. 22:21-22/

Мы, изане, впервые вводим понятие НАРОДА БОЖИЯ, объединяющее не вероисповедания, не нацию или цвет кожи, не страну и не социальное положение, а общую цель - осуществление Замысла Творца о БОГОЧЕЛОВЕЧЕСТВЕ, зреющем в утробе обречённого мира.

ТАК ГОВОРИЛ ЗЛАТОВ...

Любые дары Неба могут закабалять как того, кто их имеет, но не использует на Замысел, так и тех, кто не имеет, однако испытывает зависть к имеющим. С тех пор как Каин из зависти убил своего брата Авеля. Речь идёт не только о богатстве, но и о способностях, внешности, чертах характера...

 

Но богатство - великий соблазн ещё и потому, что даёт неограниченные возможности для разгула личных страстей и пороков, заражая губительными семенами весь мир.

Богатый Третьяков вошёл в историю как создатель картинной галереи, иные строили больницы, храмы, странноприимные дома. Обществу вроде бы их не в чем упрекнуть. Хотя завистников даже у добродетели предостаточно.

* * *

Канта потрясали две вещи - звёздное Небо над нами и нравственный Закон внутри нас.

Признаёшь ли ты объективность существования этого Закона - независимо от твоих религиозных убеждений или отсутствия таковых? Его приоритет над законами человечес кими?

Веришь ли в высшее предназначение и смысл человеческой жизни, в необходимость сеять "разумное, доброе, вечное"? Осуждает ли твоя совесть волчье "пpаво сильного", господствующее в современном мире? Входит ли оно в противоречие с Замыслом? Можешь ли ты сказать, что к нам тебя привело желание найти единомышленников, сотоварищей в твёрдой решимости начать новую жизнь по законам Неба?

Мы - революционеры духа, ставящие целью освобождение детей Неба от "работы вражьей". От работы "на врага". Прежде всего, на врага внутреннего. Своего безудержного "Дай"!

Наша цель - постепенный переход через внутреннее волевое решение к внешней свободе. Затем через внешнее освобождение от суеты и погони за "хлебом насущным", неизбежно переходящих в "стяжание", - к свободе внутренней. Двусторонний процесс. Мы отлично понимаем, что живём в падшем мире, опутывающем нас ежедневно тысячами зримых и незримых уз. И мы, как законопослушные граждане, вынуждены исполнять законы этого мира. Защита и возрождение Отечества, дела милосердия и экологии - и для нас свя

щенный долг. Но мы не будем исполнять законы, требующие отдать "Богово кесарю".

Ты призван в армию Неба, ты воин Неба, "ловец человеков".

Замысел, Закон Неба на земном языке - дружная любящая семья, проживающая в родном доме. Единый живой организм. На языке горнем - это образ Божественной Тpoицы, Eдинocyщнoй и Нераздельной.

Отец даёт детям "хлеб насущный" - всё необходимое, пока они "станут на ноги", помогает занять "своё место" в жизни семьи согласно дарованиям, которые Отец и другие члены семьи обязаны развить у каждого, входящего в жизнь общего Дома.

Затем, подрастая, дети ОТДАЮТ ДОЛГИ семье своим ответным бескорыстным служением. Здесь каждый служит всем и все - каждому. Здесь все за одного, один за всех.

Такова воля Отца.

Поэтому заповедано нам просить у Неба лишь "хлеба насущного", самого необходимого для УСПЕШНОГО СЛУЖЕНИЯ ЦЕЛОМУ согласно нашему МЕСТУ в ЖИЗНИ. Получив как бы в ДОЛГ время, таланты, имение, здоровье, самое жизнь, мы должны вернуть его Небу, следуя путём Спасителя. Стремясь к Царствию внутреннему, Иерусалиму Небесному в душе, а не к Мамоне и не к насильственной переделке мира. Вся наша деятельность направлена на ОСВОБОЖДЕНИЕ от власти количественной бесконечности ради БЕСКОНЕЧНОСТИ качественной.

Мы - врачи, строители, писатели, учителя, рабочие, повара, земледельцы - обеспечиваем друг другу возможность СВОБОДНОГО ТВОРЧЕСКОГО СЛУЖЕНИЯ ДЕЛУ, ради которого, как мы верим, мы все вызваны Творцом из небытия. Поэтому всё вознаграждение за свой труд мы ОТДАЕМ ДАРОМ. ДАР ЗА ДАР! Людям, нашим должникам. Становясь, в свою очередь, их должниками и взаимно прощая друг другу ДОЛГИ, которые таким образом и Отец "оставит" нам.


Нет, не бесплатно мы трудимся, мы порой получаем огромные прибыли, на наших индивидуальных счетах солидные суммы, но это всё и наше, и как бы не наше... Мы никогда не тратим эти средства на собственную блажь, на синдром пушкинской старухи. Расширяя Изанию, мы освобождаем всё больше людей из-под власти Мамоны.

"Только то, что отдал - твоё!" - лозунг Изан-банка. Мы в пути, поэтому мы всегда налегке. Всякое обрастание собственностью, суетными хлопотами, пристрастие к иллюзорному блеску витрин и посулам рекламы - нами отвергаются, ибо порабощают, привязывают, мешают восхождению.

Воздержание, духовный и телесный пост для нас не самоцель, а средство, облегчающее путь к вершине; всё для нас - лишь средство к осуществлению Замысла.

Писатели, политики, журналисты, шоумены манипулируют сознанием миллионов, забыв, что дадут ответ за каждую соблазнённую душу "малых сих", за каждое праздное слово...

Никто не должен соприкасаться с тёмной изнанкой твоего бытия, кроме врача и духовного отца, - так говорим мы. И если я не могу избавиться от греха, то в моих силах загнать его в подполье, посадить в карантин, не заражая других. Почему-то общество соблюдает правила личной гигиены, не желая между тем признавать, что духовная зараза в миллион раз опаснее. Что эксперименты с ней - миссия психиатрии, медицины. Что надо стыдиться греха, как проказы, и лечить, а не выставлять на вернисажах в золоченой рамке.

"И не бойтесь убивающих тело, души же не могущих убить; а бойтесь более того, кто может и душу и тело погубить в геенне". /Мф. 10:28/

"Скупой рыцарь", "Воскресение", "Мёртвые души", "Пир во время чумы", "Маскарад", "Униженные и оскорбленные" - названия-то какие! То, от чего дружно отреклась вся русская культура золотого века, а затем и серебряного -взяли на вооружение Орфеи конца двадцатого. Вместо Божьего дара манны небесной предпочли "яичницу" у фараона.


"За то, что он простирал против Бога руку свою и противился Вседержителю,

Устремлялся против Него с гордою выею, под толстыми щитами своими;

Потому что он покрыл лице свое жиром своим, и обложил туком лядвеи свои.

Не пребудет он богатым, и не уцелеет имущество его, и не распрострется по земле приобретение его...

Пусть не доверяет суете заблудший, ибо суета будет и воздаянием ему.

Сбросит он, как виноградная лоза, недозрелую ягоду свою, и, как маслина, стряхнет цвет свой.

Так опустеет дом нечестивого, и огонь пожрет шатры мздоимства.

Он зачал зло, и родил ложь, и утроба его приготовля ет обман.

/Иов. 15:25-27, 29, 31, 33-35/

"Блажен муж, который не ходит на совет нечестивых и не стоит на пути грешных, и не сидит в собрании развратителей;

Но в законе Господа воля его, и о законе Его размышляет он день и ночь!" /Пс. I:1-2/

Православной по духу русской культуре всегда был чужд дух буржуазности, где "всё имеет цену и ничто не имеет ЦЕННОСТИ", чужд "добросовестный ребяческий разврат". Бунтуя, порой богохульствуя, она рвалась вместе со своими героями к какой-то неведомой новой жизни - кто "в Москву!", кто - "вон из Москвы!", нигде не находя ограды и опоры. "Спасенья тесный путь и узкие врата". Бунтуя, они творили грех, и грех убивал их. Они умирали на баррикадах, своих и чужих, призывали бурю, "из искры раздували пламя"...

"Ибо всё, что в мире: похоть плоти, похоть очей и гордость житейская, не есть от Отца, но от мира (сего).

И мир проходит, и похоть его, а исполняющий волю Божию пребывает вовек". /1-е Иоан. 2:16-17/.


"Высокое унижено, созданное по образу небесного - заземлилось; поставленное царствовать поработилось; сотворённое для бессмертия - растлено смертью. Пребывающее в райском наслаждении - переселено в эту болезненную и многотрудную страну. Воспитанное в бесстрастии - обменяло его на жизнь страстную и кратковременную. Неподвластное и свободное - ныне под господством столь великих и многих зол, что невозможно исчислить наших мучителей". /Св. Григорий Нисский/

Грех - отступление от Неба, отключение от Света, причина всех скорбей и болезней, тьмы и смерти.

"... в день, в который ты вкусишь от него, смертию умрешь". /Быт. 2:17/

"Ты поражаешь их, а они не чувствуют боли; Ты истребляешь их, а они не хотят принять вразумления"... /Иер. 5:3/

"Я Господь, Бог твой, научающий тебя полезному, ведущий тебя по тому пути, по которому должно тебе идти.

О, если бы ты внимал заповедям Моим! тогда мир твой был бы как река, и правда твоя - как волны морские". /Ис.48: 17-18/

* * *

Деятельяность Изании расширялась не по дням, а по часам, выполняя воссоединяющую функцию возрождения огромного разорванного тела страны. "Блаженные" приходили на простаивающие заводы, на фабрики, где за неимением денег зарплату давали готовой продукцией, к бастующим, безработным. "Работайте, собирайтесь в группы, - мы обеспечим вам всё необходимое - пищу, кров, одежду, бытовые услуги, уход за детьми, их учебу, - убеждали он", - Не надо будет каждому мотаться в крупные города торговать тарелками, лопатами, дрелями и бюстгальтерами. Это мы сделаем гораздо лучше, выгоднее и в централизованном порядке. Мы вывезем и реализуем вашу продукцию там, где она пользуется спросом, а деньги, прибыль за вычетом расходов на "хлеб

насущный" (они будут гораздо ниже, чем если бы вы хозяйничали в одиночку), положим на ваши счета. И из этих денег (с вашего согласия) будем вместе восстанавливать, спасать ваше тонущее предприятие, которое будет не номинально, а доподлинно - переходить в ваши руки. Вы станете как бы "изанами на час", мы поможем вам выплыть и обсохнуть. Потом каждый может отделиться и жить "одиноким волком", но многие ощутившие прелесть не отягощенного страстями, вещами и бытовухой свободного полета, уже не захотят ползать. Мы будем помогать НИИ, медикам, разоряющимся фермерам и колхозам. Мы не станем делить Черноморский флот, - изане, русские и украинцы, помогут воссоздать флот единый, обеспечат содержание совместных военно-морских сил и будут укреплять связи и дружить с изанами-турками.

Коли человек пал и грешен, бал должен править Сатана, - говорит мир. Скатившись, упав с горы, ты должен снова и снова карабкаться вверх, - так говорим мы, в этом видим волю Неба о нашей земной жизни. Речь не идет о "родстве душ" - этим занимаются духовники, церковь, братья по "символу веры". Мы же объединены только порывом вверх и ненавистью к опутывающим нас цепям мамоны. Свобода - это желать и получать запретное, - говорит мир. Свобода - не желать и не обладать, - говорят монахи. И мы, преклоняясь перед их совершенством, но ещё вросшие в землю, не умеющие летать, как они, -говорим: свобода - обладать, чтобы умножить жатву!

Изане распавшейся страны объединялись, тянулись друг к другу, сливаясь, молниеносно, как шарики ртути, восстанавливая связи, обмениваясь товарами, продуктами, "челноками". Достаточно было пересечь границу, и тебя уже встречали, доставляли вместе с товаром на место, всё было устроено с жильем, с питанием. В нужное время тебя с новым товаром доставляли к поезду. Желающие уехать в Россию из той или иной республики из-за национальной розни связывались с местными изанами. Те занимались реализацией их

квартир, пристраивали мебель и вещи, а вырученные средства перечислялись на их счет в банк.

Мучительный процесс добывания средств к существованию более не довлел над личностью.

Их деятельность была направлена не только на возрождение "малой Родины" - своей деревни, города, республики - Украины, Белоруссии, Азербайджана, Киргизии, но и Родины великой -святой Руси, СССР. А также всей планеты Земля, которую Небо даровало людям, независимо от националь ности и цвета кожи, завещая беречь, хранить и возделывать. "Все люди - товарищи-братья, мать у нас одна - Земля, отец -Небо, - говорили изане. - И общая беда - вампиризм, который надо преодолеть. От каждого по талантам, каждому - хлеб насущный, то есть "на суть". Мы ничего не даём и не берём. Мы лишь ваши посредники между целью и средствами."

Будто тысячами капилляров, они оживляли, восстанав ливали когда-то единое кровообращение умирающей страны, а может, и всей земли - разодранной на части жадностью, насилием, властолюбием, эгоизмом. Бесами национализма, дробления, вражды. Бывали и неудачи - изане не отчаивались, эти ловцы "наших" в бурном, мутном и безжалостном житейском море, ловцы таких же чудиков, мечтающих преодолеть оковы бытия. Таких же живых, проницаемых, открытых для благодати.

"Небо, дай нам творить Твою волю. Дай силы, довольствуясь лишь самым необходимым, вернуть через нуждающихся в нас наши долги Тебе и избавь от тлетворных сетей князя Тьмы."

"Собственность - кража", прежде всего у себя самого, у своей судьбы в вечности. Ибо крадётся время, которое ты должен отдать делу Творца. Оправдано лишь употребление собственности на жатву Господню. По Островскому - "борьбу за освобождение человечества". Но освобождаясь от внешнего рабства, мы встречаемся с ещё более страшным врагом - внутренним рабством у живущего в тебе вампира-оборотня.


Огромное значение имеет религиозное воспитание, развитие талантов, активное делание... Вот бы соединить отрока Варфоломея с тимуровцем! Так мы себе представляем юного изанина.

Ещё один враг подстерегает нас на пути к подлинной свободе - гордость сатанинская. "Будете как боги"...

Мы не хотим "как боги". Мы хотим "с Богом". И - "Помни о смерти".

Коммунисты не верили в дьявола. А мы верим. И знаем, с кем имеем дело.

"Трезвитесь, бодрствуйте, потому что противник ваш диавол ходит, как рыкающий лев, ища кого поглотить" . /1-е Пет. 5:8/

* * *

"Почему гадят в любезных сердцу барских усадьбах? Потому что там насиловали и пороли девок. Почему валят парки? Потому что сто лет назад под их развесистыми липами господа показывали свою власть: тыкали в нос нищему мошной. Почему дырявят древний собор? Потому что сто лет здесь ожиревший поп брал взятки и торговал водкой". /А. Блок /

Но тяжело, прожив полвека,

В минувшем видеть только след

Утраченных бесплодных лет.

/А. Пушкин/

* * *

Общины Изании росли как грибы. Скупались, арендовались на длительный срок в заброшенных деревнях земли - и вот уже избы ремонтируются, прибывают вагончики на колёсах, грузовики со стройматериалами. Мужчин мобилизуют на строительство, женщин - на лёгкие отделочные работы. А также соответственно склонностям - в детсад и ясли, школу, столовую. Медпункт, бытовое обслуживание, библио

тека, клуб... Стряпать, стирать, учить детей, играть с малышнёй, приобщать к культуре, ставить пломбы - каждый делал бесплатно для всех, что умел и любил. Получая для себя всё необходимое так же бесплатно от других.

Время работы каждого учитывалось по специальной методике в "златиках", сумма переводилась на индивидуаль ные счета и, за вычетом необходимого на "хлеб насущный", могла быть направлена в любую программу Изании, в любой фонд по желанию вкладчика, работая там и приумножая хозяину капитал. Или на личные нужды по соответствующей заявке /допустим, на переустройство дома в связи с увеличением семьи или покупку оборудования для зубоврачебного кабинета/ - на всё, кроме "блажи, дури", - так называли в Изании "похоть плоти, похоть очей и гордость житейскую".

Критерий был, как правило, один: совесть. "Представь себя перед Лицом Твopцa - Он бы благословил?" Обычно действовало. В сложных случаях - что-то вроде товарищеского суда, смысл которого сводился к призыву: "Назвался изанином -полезай!" Куда "полезай" - не уточнялось.

"His ornari aut mori" - "Смерть или корону принять". Или пан или пропал.

Главное - занять своё МЕСТО В ЖИЗНИ. Жизни с маленькой и большой буквы. Во времени и в вечности, там, для чего ты ПРИЗВАН. Bcё прочее - средства. Помогающие или мешающие, препятствующие.

Первым делом - выявить твои таланты, навыки, склонности. Что ещё умеешь и любишь делать, кроме основной профессии? И так организовать жизнь новоиспечённой миниизании, чтобы с полной отдачей использовать рабочее время каждого. Трёхразовое питание в столовой, вечером там же можно справить день рождения, свадьбу, потанцевать. "Внешнее" /тоже ходовое словечко в Изании/ телевидение и радио с их "убивающими время" программами здесь отвергались - смотрели только новости с по возможности нейтральным комментарием, познавательные, видовые и спортивные передачи.


Впрочем, у себя дома каждый мог смотреть что угодно - маленький телевизор с наушниками - и смотри свои сериалы, даже порнуху, но чтоб никто не видел, потому что: "Дурь - в карантин!" И только до11-ти, - в одиннадцать был отбой по всей Изании, как в пионерлагере. Впрочем, интересую щую тебя ночную передачу можно было поставить на запись на видак, всё было можно - только "в карантине", - железное правило, за несоблюдение которого после первого предупреж дения следовало исключение.

Большой проблемой во многих семьях были алкоголики и даже наркоманы, опустившиеся, не желающие или не имеющие сил расстаться со своей губительной страстью. Их беспрепятственно принимали в спецбольницу неподалёку от Златогорья, пока только одну, где oбecпeчивали лечeниe, "xлeб насущный" и лёгкую работу "в охотку". Можно было даже в случае сильной "ломки" принять спасительную дозу по ценам гораздо ниже рыночных, и не убив кого-то или ограбив, а в обмен на общественно-полезный труд.

И снова единственное безоговорочное условие: "Болен - сиди в карантине".

Появились и первые связи с дальним зарубежьем, различными благотворительными фондами, которые теперь получили возможность не просто бухать деньги в бездонную яму под названием эсэнговия, a завели свои счета в Изан-банке. Суммы росли, множились, что было, особенно для предприимчивых, привыкших считать деньги американцев в новинку, и они охотно становились изанами. Айрис называла это "активной благотворительностью". И активность, и предприимчивость, и благотворительность были на её родине весьма популярны. Собственно, всю Изанию можно было бы назвать фондом "активной благотворительности". Не кормить ухой, а дать удочку и научить ловить рыбу /кроме, разумеется, больных и стариков/. "Раздай имение своё нищим". Под "имением" здесь подразумевали все дары от Бога, не только собственность, а под "нищими" - всех нуждающихся в помощи, в этих "дарах".


Теперь, когда у изан-иностранцев появились личные счета, из них оплачивалась и дорога, и номер в гостинице. Со временем возникли и специальные гостиницы для изан-иностранцев, где некоторые проживали месяцами, всё более погружаясь в "пятый сон Веры Павловны".

Исчезли безликость, иждивенчество. Всё было в новинку увлекательно и по-хорошему азартно. Мир с Небом, с другими и с самим собой.

Не ПЕРВОПРОХОДИМЦЫ, а ПЕРВОПРОХОДЦЫ.

Некоторые прогорали, не без этого, но ведь благотворительность и не рассчитана на прямую выгоду! Во всяком случае, исключалась обидная возможность разворовывания - здесь у Егорки был полный порядок. Добровольно отдающие вряд ли станут воровать. А добровольно охраняющими были охранники "от Бога" и дело своё знали превосходно. Бывшие военные, работники милиции, ветераны Афганистана и Чечни. Даже "завязавшая" братва.

Защищая Изанию, они защищали Антивампирию, себя, Родину единую и неделимую, которая оставалась такой в памяти, будущее своих детей и Волю Неба. А это дорогого стоит!

"Да будет воля Твоя на земле как на небе..."

"Мы решим все ваши проблемы", - обращалась Изания ко всем бедствующим семьям /а кто теперь не бедствует! /. Тысячи проблем, тысячи невостребованных рук, возможностей, даров, жизней... Проводились подробнейшие собеседования, данные заносились в компьютер. Что тебе нужно от Изании и что ей можешь дать ты.

Завод простаивает, зарплату не платят, в домах нет отопления, воды, сломался холодильник и т. д... Надо выжить...

Замерзающие дома и квартиры первым делом уплотняли, селили в квартире по две семьи, пустующие - ставили на охрану. Так было легче обеспечить теплом, светом, водой. И дешевле. В такой компактной миниизании организовывали пекарню, столовую, бытовое обслуживание, включая баню, уход за детьми и школьные занятия, первую медицинскую

помощь. Всё своими силами, учитывая профессии и возможности новых членов. Для общих нужд использовались автомобили, обеспечивался за ними коллективный квалифици рованный уход.

Завод, по возможности, не останавливали, продукцию реализовывали в централизованном порядке, чаще всего по бартеру. Если запустить предприятие не удавалось, специалистам высшей квалификации предоставляли возможность работать в другом филиале Изании, или строили мастерские по производству товаров повышенного опроса в местах, где оставались без дела такие специалисты.

Завозили грибницы и всё необходимое для выращивания в подвалах шампиньонов и вешенки, тюльпанов к 8-му марта, швейные и вязальные машинки для желающих работать на дому. Внимательнейшим образом изучался cпрoc на те или иные товары первой необходимости, давались рекомендации и конкретная помощь в налаживании производства и сбыта. Только разумные потребности, "хлеб насущный". "Блажью" и "дурью", праздными изощрёнными фантазиями Изания не занималась.

Химчистка, стирка, мелкий ремонт, парикмахерская... Специальные передвижные вагончики быта, ясельные, детсадовские, медпункты, школьные и спортивные классы. Своеобразные склады-магазины, куда жители приносили лишние продукты, вещи /можно бывшие в употреблении/, бытовые приборы... Всё это оценивалось, ремонтировалось, приводилось в порядок и перераспределялось нуждающимся. Обувь, игрушки, книги, учебники - дары новообращённых изановцев, избавляющихся от ненужной собственности. Здесь можно было выбрать всё необходимое и оставить заявку - что хотел бы иметь. Через неделю невостребованный товар увозился на другой пункт и заменялся новым согласно заявкам.

Некоторые егоркины фаны, прослышав про успехи новоиспечённых Изаний, объединялись прямо на месте - по очереди готовили на всех, следили за детьми, объединяли

бабушек и инвалидов, уход за лежачими, личный транспорт (доставляли по очереди продукты на весь подъезд, развозили по школам детей и взрослых на работу, делали на всех выгодные покупки).

Кто-то привозил на грузовике картошку из родной деревни, кто-то колымил на всех на одном такси /очень удобно - один патент, поменьше налоги/. Поручалось это, разумеется, профессионалу, его рабочий день и опыт максимально использовались, а в это время его друзья - "любители" отвозили его детей в школу, жену - на работу, делали для него и для всех необходимые покупки.

А картошку из деревни сгружали в подвал, который приспособили для своих нужд живущие на первом этаже.

Изане, верящие в Бога в душе, Закону Его следовали в жизни. Закон был "один на всех", вписан в сердца. И изане, веруя по-разному, руководствовались им в быту.

Закон единого Целого... Лев Толстой не должен шить сапоги и ремонтировать крыши, пусть даже вдовам, - считали изане, - Разве что "в охотку"... Пусть каждый занимается своим делом, пусть будет от каждого - максимальная отдача. Любое занятие равно почётно и нужно, и совершённо противоречит Закону, когда профессор или писатель одевается и питается лучше, чем кровельщик или учитель, или лечится у более квалифицированных врачей и ставит пломбы в элитных поликлиниках...

Доступ к научной информации, необходимые зарубежные поездки, рояль для композитора и мастерская для художника - тут всё понятно. Но никакого имущественного неравенства!

"Кому больше дано, с того больше спросится," - гласит Закон. У сильных и талантливых только одна привилегия - быть в связке первыми, увлекая за собой других.

Если новоиспечённые объединения не распадались от первых же разногласий и неурядиц, что частенько случалось, - если дело ладилось, то посылалась заявка на создание фи

лиала Изании. Приезжал консультант, проводилось сначала общее собеседование, знакомство с программой и уставом, выяснялось, что нужно общине, как ей лучше помочь, чем она располагает в целом, и чем - каждый её потенциальный член, для чего проводились индивидуальные собеседования, заполнялась очень подробная компьютерная анкета.

Затем следовал испытательный срок /у каждого свой/. И только потом - торжественный приём, открытие счёта в банке, подписание договора, в котором были оговорены условия возможного выхода из Изании с учётом интересов обеих сторон.

Можешь сотрудничать с Изанией частично, пока не станешь полноправным членом.

Можешь поселиться, например, в Златогорье на полном пансионе. Квартира выгодно сдаётся какой-либо фирме, деньги, за вычетом пансиона, поступают на твой счёт, и накапливаемая сумма может быть вложена в любое дело. Можешь сдать 2-3 комнаты другим изанам, тебе подберут наилучшие варианты жильцов. Так же можно сдать дачу, земельный участок, машину, гараж - любую недвижимость.

Девиз Изании: вещи должны работать, ничто не должно пылиться, гнить и простаивать. Всё лишнее, устаревшее сдаётся, учитывается и перераспределяется в централизован ном порядке.

ПРОГРАММЫ: индивидуально-творческие, научно-исследовательские, медицинские, сельскохозяйственные, промышленные, экологические, духовно-религиозные, культурно-благотворительные. Своя охрана, свой товарищеский суд, свой банк со многими артериями-филиалами, куда стекаются все средства Изании. Здесь можно получить необходимую ссуду на любой проект в случае утверждения твоей заявки Советом специалистов. Сюда поступали порой огромные прибыли от удачных проектов, промахи тщательно анализирова лись всем коллективом, устранялись причины ошибок, давался шанс и средства в кредит на исправление.


Иногда рекомендовалось дело свернуть и восполнить потерянные средства, попытав счастья в другом начинании.

Изания - армия, выступившая на стороне Неба в великом сражении за умножение Жатвы.

Частная собственность, служащая Мамоне, заставляет человека работать не на Небо, а на дурную количественную бесконечность личного обогащения и связанную с этим неограниченную возможность творить грех. То есть посягает на человеческое богоподобие.

В свою очередь, так называемая общественная, государственная собственность /какая была в СССР/ преувеличивает светлую сторону человека, забыв о его падшей природе. Порождает лень, инерцию, халатность, небрежение к себе и своим возможностям. Искушение воровать, брать взятки, паразитировать.

Если при частной собственности талант отдают Мамоне, то при общественной -зарывают в землю. То есть ДОЛГИ Небу не возвращаются!

"Мы - за частную собственность, работающую на Замысел, на Небо, то есть дающую нам единственный шанс расплатиться с Господином, не оказаться банкротом к моменту Суда",- говорили изане.

"Ибо всякому имеющему дастся и приумножится, а у неимеющего отнимется и то, что имеет;

А негодного раба выбросьте во тьму внешнюю: там будет плач и скрежет зубов"... /Мф. 25:29-30/

Но человек имеет право на хлеб насущный, на достойную жизнь, обеспечивающую развитие и приумножение данного Господином ДАРА. Нищета, нужда, погоня за куском хлеба так же принижают человека, как и неразумное, сверх меры, потребление.

Если кто-то в Изании хотел справить день рождения, с семьёй или друзьями, заказать праздничный обед в номер, или снять специальный банкетный зал или принять приглашение "оттуда", из внешнего мира, - это не возбранялось, но

и не поощрялось. Просто "терпелось". На этой почве часто случались провокации, и приходилось расхлёбывать неприятности.

Лукавый не дремал.

"Горе живущим на земле и на море, потому что к вам сошёл диавол в сильной ярости, зная, что не много ему остаётся времени!" /Oт. 12:12/

Художник-варвар кистью сонной

Картину гения чернит

И свой рисунок беззаконный

Над ней бессмысленно чертит.

Но краски чуждые, с летами,

Спадают ветхой чешуёй;

Созданье гения пред нами

Выходит с прежней красотой.

Так исчезают заблужденья

С измученной души моей,

И возникают в ней виденья

Первоначальных, чистых дней.

/А. Пушкин/

Война наша не столько против вампиров, сколько против ВАМПИРИЗМА - этой смертельной болезни и порождающих её причин. Вирус, первородный грех, живёт в каждом, но нужны условия для её возникновения - укус вампира.

В отличие от коммунистов, мы не считаем частную собственность злом. Всё дело В УПОТРЕБЛЕНИИ. Коммунисты: общее - значит и моё. Соблазн ничейности. Изане: моё, как и твоё - для общего, а значит и для меня. Не деление, а СЛОЖЕНИЕ.


* * *

Удалось ей поучаствовать и в восстановлении деревенской церквушки неподалёку от Златогорья. Наружные работы завершались, крепкие ребята разбирали горы строитель ного мусора, рыли траншеи для труб, а внутри по воскресеньям и праздникам уже шла служба, кадили смолистого запаха ладан, неизменно напоминающий ей о Гане, трепетали огоньки лампад у пожертвованных храму икон. Две иконы - Успенье и Рождество Богородицы отдали и они с Денисом.

Восстановленный алтарь и небольшое огороженное перед ним пространство казались островом Господним, а рядом завывал деревообрабатывающий станок, брызгая опилками, плюхал раствор в бетономешалке, стучали молотки, чиркали о кирпич мастерки. Курить здесь не разрешалось, но рабочие втихую нарушали запрет, чтоб не терять времени на перекуры. И к этой ароматной смеси из ладана, свежих опилок и олифы примешивалось экзотическое сочетание табачного рынка от "Беломора" до "Mальборо".

Иоанна с напарницей-пенсионеркой, тоже поднаторев шей в ремонте собственной дачи, вызвались красить только что отштукатуренные стены там, где штукатурка подсохла. Голубая краска ложилась ровно, любо-дорого смотреть, работа ладилась, хоть и побаливала потом голова от запаха растворителя. Выкрасили всё, до чего могли дотянуться, потом Иоанна красила ещё выше, взобравшись на деревянный помост. Напарница спасовала - у неё кружилась голова, а Иоанна ничего, норму выполнила, сказалась дедова выучка, правда, выше лезть не позволили: "Нельзя, бабуля, загремишь -костей не соберём".

Её уже частенько называли "бабулей", старость подкралась незаметно и как-то безболезненно - она неплохо себя чувствовала, неплохо выглядела, немного пополнела, немного поседела. В зеркало на себя смотреть было ещё не тошно, разве что при ярком свете. Мысль, что уходит жизнь, никогда её не пугала, она уже очень давно, а может, и с самого начала,

чувствовала себя здесь гостьей, а если и была какая-то укоренённость, то в прежний советский мир. В России нынешней радоваться жизни было невмоготу и безнравственно. Осталась лишь бессильная ненависть, - Иоанна прошла через все нравственные муки, готова была броситься на первый звук зовущей в бой трубы - медсестрой или бойцом на баррикады.

Но труба молчала. Народ безмолствовал. Молчание ягнят. Хуже того - ягнята, от науки, культуры, шахтеры, военные холопски клянчили у вампиров собственную зарплату и, не получив, объявляли голодовку или стрелялись.

- Вы для них всего лишь пища! - хотелось ей в который раз крикнуть, - Это от вашей крови они распухают, как клещи, и потом будут лопаться с треском... Когда бесы или ангелы смерти, я уж не знаю, будут давить их, бесполезных и ни на что не пригодных, на берегу кровавой, текущей в вечность реки. И ваша кровушка, пролитая не за Бога и не за ближнего, а ради утробы вампирской, будет струиться в эту страшную, текущую прочь от Царства реку... Ну кинут вам кусок перед бойней, чтоб уж не совсем кожа до кости, - разве в этом дело? Великую нашу страну, в муках и трудах собранную, раздавили на троих, как грошовую поллитровку... А вам лишь бы корыто пойла перед бойней...

Иногда её прорывало, орала где-нибудь в магазине, в электричке, у себя среди цветочниц. Большинство слушало молча. Опускали глаза, отворачивались. Некоторые соглашались, заводились, как и она, другие вступали в спор, хвалили Вампирию за приличную пенсию, возможность спекулятив но зарабатывать на том, на сём. Мол, разрешено то, что при коммуняках ни-ни. Её крики: "Вы за эти киви с памперсами Родину продали"! были смешны и бессильны, только подливали масла в огонь, потому что ей внимали уже не прежние "товарищи". Потом кто-либо спрашивал: "А что делать-то? Что мы-то можем?" - и она раздосадованная, опустошённая, выскакивала из вагона. А тот еще гудел, уносясь прочь, как растревоженный улей, не знающий, кого кусать.


Выборы 96-го и последующие события её совсем добили. Оборотни уже не таясь разгуливали повсюду, а народ и творческая интеллигенция, её вчерашние собратья по перу, цвет нации, жадно и подобострастно стайками шастали вокруг, как рыбы-прилипалы, ковыряясь в зубах чудища в надежде добыть какую-либо крошку с кровавого пира.

Иоанне казалось, что ей удалось убежать в свою скорлупу - в Лужино, цветочную торговлю, в духовную литературу, в свои размышления и записи... Казалось, были все условия, чтобы так и закончить жизнь. "Не для сердечного волненья, не для битв"...

Ничего не вышло - её достали - это она поняла, анализируя своё нынешнее состояние. Да, она верила в иное, преображённое бытие "там", за роковой чертой, в любовь и милость Божию к себе, недостойной и грешной, в то, что должна исполнить Волю, которая ей однажды открылась: "Напиши себе все слова, которые Я говорил тебе, в книгу". /Иер. 30:2/.

Но что-то произошло, ей опротивело "здесь", всё стало чужим и отвратительным. Да и само Лужино казалось теперь неким фантомом, декорацией, вроде видения на чужой враждебной планете Солярис. Она вдруг поняла, что страшится смерти не из-за Суда - почему-то была детская уверенность в любви и милости Спасителя к ней, грешной, а боится боли, страданий - хоть такие мысли она отметала, как позорные. Но если бы ей сказали, что ни ада, ни боли не будет, и предложили "горящую путёвку" в вечность, она без сожаления ещё совсем недавно ринулась бы в эту возможность.

Только в Златогорье она поняла, как тяжко болеет душа. Всякие разглагольствования о чести, славе и величии России вызывали теперь лишь жуткую ассоциацию с воцарившимися на Кремлёвском Олимпе непобедимыми вурдалаками и шлюхами, подпирающими кремлёвские стены, с пьяной президентской "калинкой", с разогретым наркотиками концертным вертепом на Лобном месте, ярмаркой тщеславия в ГУМе и скоморошьими плясками вокруг собора Василия Блаженного.


Воспоминания о славном российском прошлом, о детстве с победными салютами и вовсе были невыносимыми. А народ безмолствовал, и она, как все. "Не для битв"... Но если поэт прав, - почему так тошно и больно? Эти тоска, отвращение, от которых не убежать. Разве что на баррикады... Только где они, эти баррикады?

Златогорье спасло её. Снова хотелось жить - ненасытные и зубастые уже не внушали ужас. Нет, они никуда не делись - с чревом, напитанным чужой кровью и золотом, дорогим коньяком, жратвой и спермой, они продолжали свой сатанинский пир над растерзанной Родиной, не веря в свой грядущий ад - не в тот дантовский, мрачно-величественный, а пошлый, с балаганными кипящими котлами, сковородками и шустрыми гоголевскими чертями с кисточками на хвостах.

Оказалось, можно просто ходить, работать, дышать, как бы не замечая, игнорируя их. Все эти шоу, порно и нарко, их банки, дворцы, особняки, казино, фазенды; их волчиц в собольих шкурах, волчат в Кембриджах, их броскую упаковку, комфортные тачки и волчью повадку. Да, плохо и тошно, да - мешают, да - распродают, грабят и разоряют землю, да - заражают всё и вся вокруг своим непотребством... Но ведь и мы, те, которым тошно - смотрите, как нас много... Мы ходим и дышим по своей земле, пусть зараженной упырями, как тараканами или клопами, но ведь повсюду - в Киеве, Ташкенте или Риге, в Грозном и в Баку, во всей нашей огромной стране, и в Багдаде и Лондоне, Париже и Нью-Йорке всегда можно найти людей, для которых не национальность, не партийность, не сословность, не классовость, не цвет кожи или степень набитости кошелька имеют подлинную ценность, а некая глубинная стрелка, зовущая и ведущая сквозь все соблазны, ухабы и трясины бытия "в даль светлую". В "Царство Свободы". Мимо мнимых ценностей по восходящей дороге "к Солнцу от червя". Самоутвержде ние не чтобы обрасти материей, а чтобы освободиться от неё. Не избавиться, а преодолеть, заставить материю слу

жить человеку. Богочеловеку. Строить из неё лестницу, ведущую в Небо.

Граница между Вампирией и Изанией проведена по сердцам людей - полям битвы, о чём писал Достоевский. Тьма и Свет. И обычный наш житейский полумрак между ними, теплохладность. А времени всё меньше... Куда идти? Выбирая, ты выбираешь свою судьбу в вечности... Человек слаб и грешен, непоследователен в своем выборе, он ещё сто раз завоет и оскалит зубы при полной луне. Тут важен внутренний выбор. Даже не решимость, а решение. И моление о помощи ему следовать. "В чем застану, в том и судить буду"...

Если Свет и тьма сосуществуют в одном сердце, почему не могут Вампирия и Изания сосуществовать на одной земле? Пусть в непрерывной борьбе, но без этих "всемирных насильственных революций", ибо история - естественный отбор Неба, а конечная жатва -дело Божье, а не человечье. И революция, порождённая завистью, ответной жаждой крови -лишь рано или поздно поставит одних вампиров вместо других. Вампирию нельзя полностью победить, ибо пока есть свобода отказа от Творца, от Света, - есть и тьма, и порождаемые ею шакалы. Нельзя отменить, уничтожить тьму до конца времён, ибо это противоречило бы данной человеку свободе выбора, но тьму можно и нужно преодолеть. Её нужно пройти, не натыкаясь по возможности на расставленные приманки, не попадая в ямы и в зубы.