Содержание материала

КАК РАЗРУШАЛИ СССР

 

«К исходу дня был подписан советско-германский договор о ненападении, а вместе с ним и секретный протокол... Это было тайное соглашение за спиной третьих стран, суть которого - разграничение сфер влияния». (ИО, 10 класс, стр. 310, 11 класс, стр. 17}

Особое место в предвоенной истории занимает договор о ненападении, заключенный между Германией и Советским Союзом 23 августа 1939 года. Нет сомнений, эта блестящая победа советской дипломатии во многом предопределила итог второй мировой войны. Нам не пришлось воевать со всем миром. Лопнули все планы англичан, заигрывавших с Германией.

Это был как раз тот случай, о котором Черчилль, много лет спустя, по случаю 80-летия со дня рождения И.В. Сталина, скажет: «Это был человек, который своего врага уничтожал руками своих врагов, заставлял даже нас, которых называл открыто империалистами, воевать против империалистов».

Наибольший шок от подписания этого договора перенесла Япония. Никогда, ни до, ни после, в истории не было случая, чтобы правитепьство уходило в отставку по причине заключения договора между собой других государств. Здесь же отставка последовала незамедлительно. А «потерявший лицо» барон Хиранума, горячий поклонник Гитлера, в качестве комментария на известие о германо-советском договоре произнес лишь одно слово: «Непостижимо!»

Текст этого договора Гитлер через Геббельса передала тюрьму Эрнсту Тельману, чтобы морально его сломить. Однако Тельман заявил: «Я целиком согласен со Сталиным, ибо убежден, что все, что делает Сталин, он делает в интересах международного рабочего коммунистического движения».

Договор осуждают лишь те, кто жалеет, что на нас одновременно с Германией не напали иЯпония, и Турция, что в войне нам помогали Англия и Америка и мы получили два «лишних» мирных года для подготовки к ней.

Этот договор спас нас. Но через полвека разрушители нашей страны использовали его для того, чтобы ее расчленить. С Запада нам стали подбрасывать «копии с фотокопий» «секретного дополнительного протокола», из которого следовало, что якобы Гитлер и Сталин, поделив зоны влияния, решали за спинами народов их судьбы.

Этот «протокол» был назван «важнейшим политическим документом XX века» и обсуждался на первых двух съездах народных депутатов СССР. В итоге А.Н. Яковлев, председатель комиссии по правовой оценке договора о ненападении, уговорил-таки депутатов проголосовать за его существование. Это и позволипо договор о ненападении между Германией и Советским Союзом признать незаконным!

«Такой пересмотр ставит под вопрос законный характер существующих границ СССР. Это будет означать утрату советского суверенитета над тремя прибалтийскими республиками, западными областями Украины н Белоруссии, Северной Буковины и Молдавии, северной частые Ленинградской области (Карельский перешеек и северный берег Ладожского озера ) и частью Карельской АССР.

Признание договора 1939 года незаконным с самого начала соединяется с непризнанием правовой основы пребывания советских войск на территориях, расположенных к западу от советской границы на 23 август 1939 года и впоследствии включенных в состав СССР.

Признание договора 1939 года противоправным позволяет поставит; под сомнение законность пребывания на землях Прибалтики и других западных территориях миллионов советских граждан, переселившихся туда после 1939 года.

( Газета «Советская Россия», 6.07.89 г)

Комментарии к этому прогнозу излишни. С отрывом Прибалтики? республик начался развал Советского Союза, закончившийся беловежским договором. Кому еще надо объяснять значение сфабрикованного протокола? На то, что это фальшивка, ясно указывает уже первая строчка:

«По случаю подписания Пакта о ненападении...» Ведь с Германией 23 августа 1939 года мы подписали не ПАКТ, а ДОГОВОР. Пакт более значителен в международном плане. Допустим, с Литвой, где мы не имели возможности строить военно-морские базы, мы заключили договор, а с Латвией и Эстонией, где арендовали порты, острова, - ПАКТЫ.

Договор с Германией перерос в пакт лишь 16 сентября (19.09.39г. впервые «Правда» договор назвала пактом), после принятия решения начать военные действия против Польши - ведь в результате мы получили с Германией общую границу и начали определять не только судьбы малых суверенных государств, но и судьбы мира в Европе. Подмена понятия ДОГОВОР на ПАКТ потребовалась для того, чтобы «секретный протокол» вывести из несекретного договора, чтобы он как самостоятельный документ существовала составе какого-то мифического «пакта».

При жизни Молотов всегда мог опровергнуть «секретный протокол», и поэтому «копии с фотокопий», элементарно изготавливаемые заурядным фотографом, начали нам подбрасывать лишь после его смерти. Нет сомнения, что фабриковался «секретный протокол» уже после произошедших исторических событий, поданных как умышленный провокационный сговор советских политиков с руководителями фашистской Германии.

Но о каком сговоре Сталина и Гитлера можно говорить после следующих строк «протокола»: «...северная граница Литвы будет являться чертой, разделяющей сферы влияния Германии и СССР» и что «в этой связи заинтересованность Литвы в районе Вильно признана обеими сторонами». «В этой связи» ясно указывало на то, что в сферу влияния Германии должны входить Вильно и Вильненская область. Но ведь, войдя в Польшу, советские войска начали с их захвата и тем самым как бы грубо нарушили пункт 1 «секретного протокола». Это еще и показывает, как справедливые действия Советского правительства по передаче в 1939 году Вильно и Вильненской области Литве, незаконно отторгнутых в 1919 году Польшей, можно представить как сговор. Почему-то националисты не вспоминают, как 13 июля 1940 года Сталин и Молотов «просили» германское правительство «найти возможность отказаться от этого небольшого куска территории Литвы». Речь шла о юго-западной территории Литвы с центром в г. Сувалки, за которую Советскому правительству пришлось заплатить 7,5 млн. золотых долларов. Если уж признавать договор 1939 года незаконным, то, может, вернуть Польше Вильненскую область, а нам доллары, истраченные на литовскую территориальную целостность?

Фраза о том, что «сферы влияния Германии и СССР будут разграничены приблизительно по линии рек Нарев, Висла и Сан», является безграмотной, т.к. река Нарев связана с рекой Вислой через Буг. Но в эту географическую безграмотность фальсификаторы вложили определенный смысл, который заключается в следующем. Чтобы захватить Варшаву, немцы с нашего разрешения форсировали Вислу и Буг и прошли демаркационную линию, установленную дан германских войск по германо-советскому коммюнике от 22 сентября 1939 года. Граница стала проходить от реки Нарев, далее по сухопутному участку Варшавского воеводства до реки Висла. Чтобы те, кто через много лет будет читать «секретный протокол», не спрашивали, как это Гитлер и Сталин смогли обеспечить такое точное соблюдение сухопутного участка на польской территории, и появилось слово «приблизительно», явно указывая, что написана эта фраза опять же после известных исторических событий.

Так же и в отношении Польши и Бессарабии - сначала была история, а потом, после ее событий, появлялись пункты в «протоколе», рассчитанные на негативную реакцию поляков и молдаван по отношению к деятельности Советского правительства.

И совсем нелепо выглядит последний, 4-й пункт: «Данный протокол рассматривается обеими сторонами как строго секретный». Если протокол секретный, зачем же в конце писать «строго секретный»? А что, есть документы «не строго секретные», «наполовину секретные», «почти секретные»? В практике нашего государства применялись три категории секретности: секретные, совершенно секретные, особой важности.

Как еще одно доказательство тому, что с вопросами секретности у фальсификаторов не ладится, может служить «служебная записка», которую А.Н. Яковлев извлек на II съезде народных депутатов СССР. Кстати, в первый день обсуждения, 23 декабря, не удалось убедить и взять депутатов малой кровью, и пришлось ему «служебную записку» наутро «найти».

Надо же, полгода работала комиссия и не находила никакой «записки», а тупа ночь отыскалась! Наверное, с Божьей помощью - ведь в комиссию по правовой оценке договора о ненападении 1939 года включили и Редигера (Алексий II). Не зря говорится: «По плодам их узнаете их».

В «служебной записке» якобы фиксировалась в апреле 1946 года передача заместителем заведующего Секретариатом Молотова Смирновым старшему помощнику Министра иностранных дел Подцеробу подлинного секретного протокола с тремя копиями на русском и немецком языках вместе с еще четырнадцатью не относящимися к этому делу документами.

Данный акт опубликован в газете «Известия» от 27.12.89г. Кто мало-мальски знаком с работой с секретными документами, просто ужаснется. Несекретный акт (даже служебная записка! ) по передаче секретных и несекретных документов от одного другому! Нет уж, извините, таких неграмотных людей в ведомстве Молотова не было. Да и какими же надо быть идиотами нашим руководителям, чтобы оставить против себя такую неопровержимую улику, да еще и растиражированную в копиях! Кстати, а кто заверял «найденные» в ночь с 23 на 24 декабря Александром Николаевичем копии?! Ведь Молотов подписывал лишь главные экземпляры документов государственной важности. И уж никак не «по-аглицки», как нам демонстрировали на некоторых подбрасываемых фальшивках! После разоблачения их тут же называли «сохранившимися» вариантами протокола...

Чтобы уничтожить секретный документ, необходимо уничтожить массу сопутствующих ему секретных оформительских документов. Где гарантия, что какой-нибудь уцелевший документ не укажет людям на фальшивку? Потому и была сфабрикована несекретная «служебная записка», продемонстрировав которую можно было смело говорить депутатам:

«Куда они (протоколы) исчезли, ни комиссия, никто об этом не знает...»

И каково же было удивление, когда 29 октября 1992 года в программе «Новости» диктор С. Медведев радостно сообщил, что советский оригинал «секретного дополнительного протокола» к ДОГОВОРУ (После разоблачающих статей в журнале «Молодая гвардия», No7, 1991г. они сделали выводы и слово ПАКТ заменили на ДОГОВОР.) о ненападении найден. Надо же, десятки лет искали и не нашли. А тут такой прорыв!

Перед телезрителями долго размахивали «секретной разграничительной картой» с подписями Сталина. А он на ней всего-то лишь уточнял расположение советских войск относительно линии Керзона, являющейся общепризнанной в мире границей между Польшей и РСФСР! Кто мог помнить, что эту «секретную разграничительную карту» официально печатали 23 сентября 1939 года в газете «Правда»!?

И если уж закончить с картой, то как понять слова Яковлева на II съезд народных депутатов СССР: «Существует разграничительная карта/. Карта разграничивает точно по протоколу». Он что, запамятовал, что его коллеги по развалу СССР в «секретном дополнительном протоколе» написали: «...сферы влияния Германии и СССР будут разграничены ПРИБЛИЗИТЕЛЬНО...»?

Наверное, достаточно разбирать этот «важнейший политический документ XX века». Следует потребовать, уж коли он «найден», его тщательной экспертизы. Остановить все более наглеющих националистов Прибалтики, Молдавии, Украины, которым он дал «право» на выход) из СССР и дискриминацию «оккупантов».

Для разжигания национальной вражды в ход пускаются все новые и новые фальшивки. Сколько шума было поднято о расстрелах заключенных войсками НКВД в Куропатах. Но ведь мало кто заметил, что комиссия, идейными вождями которой были небезызвестные Коротич да Адамович, проглядела один факт своего же сообщения - в эксгумированном захоронении обнаружены гильзы образца 1939 года. Одной такой гильзы достаточно, чтобы перевесить тонны лжи и неопровержимо доказать, что в 1937-1939 гг. в Куропатах никаких расстрелов органами НКВД не производилось, ибо невозможно расстрелять боеприпасами, которые еще не изготовлены и не поступили в войска!

Как еще один пример беззастенчивой фальсификации можно привести дело о расстреле польских офицеров в Катыни. Среди прочих «архивных» материалов, неоднократно озвученных по телевидению (!), на божий свет была вытащена и «Записка Шелепина Хрущеву», в которой есть и такие строчки:

«...Вся операция по ликвидации указанных лиц проводилась на основании Постановления ЦК КПСС от 5 марта 1940 года. Все они были осуждены к высшей мере...»

С ума сойти!!! Ведь в 1940 году страной руководила не КПСС, а ВКП(б)! КПСС появится лишь через 12 лет! Можно было бы просто посмеяться над этим, если бы на основании подобных «документов» не произошло резкое охлаждение отношений с дружественным польским народом. Теперь один из главных национальных праздников у них - разгром Тухачевского под Варшавой. Страна вступает в блок НАТО, который все тесней сжимает кольцо вокруг нас. И помогает этому «пятая колонна» лжеисториков, безнаказанно действующая на уже почти оккупированной территории бывшего СССР...

 

ВОЙНА ЗА ПРАВДУ О ВОЙНЕ

 

«Точную дату нападения Германии на Советский Союз сообщил в Москву Р.Зорге. Разведке удалось установить основные направления предполагаемых наступлений немецко-фашистских армий». ( И0.11 класс, стр. 14)

 

О войне написано много. Учебник «История Отечества» - не исключение. А давайте мы сами проведем маленькое исследование хотя бы ее начала. Для этого положим перед собой карту Советского Союза, план «Барбаросса», донесения Рихарда Зорге и книгу Г.К. Жукова «Воспоминания и размышления».

Имел ли право Жуков писать о войне? Безусловно, поскольку некоторые поля сражений буквально прополз на животе, определяя, как лучше ударить по врагу, пройдут ли танки. Был при этом ранен.

А имел ли он право делать следующие выводы: «И.В. Сталин поверил этим фальшивым заверениям Гитлера... он переоценил свои возможности, шел дальше по ложному пути... но сталинское руководство ошибочно считало... Сталин строил свои расчеты на сомнительной основе... К сожалению, у Сталина не хватило чувства реальности...»?

Видимо, чтобы такое заявлять, надо располагать всей полнотой разведывательной информации, осмыслить ее.

Как в действительности обстояло дело, тут же читаем у самого Георгия Константиновича:

«Я до сих пор не знаю, что и как докладывал Ф.И. Голиков, и не могу сказать, как он (Сталин) относился к его информации, которую получал лично. По долгу службы я пытался выяснить, почему военному руководству не дается та информация, которая направляется И.В. Сталину и другим членам Политбюро.

Мне ответили: - Таково указание товарища Сталина. Мы как-то с С.К. Тимошенко рискнули серьезно поговорить с И.В. Сталиным. С присущим ему лаконизмом он ответил:

- То, что вам следует знать, вам будет сообщено.

Я не могу сказать точно, правдиво ли был информирован И.В. Сталин, действительно ли сообщалось ему о дне начала войны».

Интересно получается - «до сих пор не знаю....не могу сказать точно...», а безапелляционные выводы уже сделаны!

Отображение плана «Барбаросса» в нашей литературе не имеет ничего общего с его немецким прообразом. Обычно перед глазами привычно возникают стрелки, утирающиеся в Ленинград, Москву и Киев. В общественном сознании так же прочно укоренилось мнение, что его разработка велась в генеральном штабе сухопутных войск Германии (OKX). Но это не так.

Параллельно с ОКХ работа над планом войны с СССР велась и в штабе верховного главнокомандования вермахта (ОКВ). Первые планировали удар по флангам, от Черного и Балтийского морей, с поворотом к центру, чтобы заставить окруженные в котел советские войска сражаться с перевернутым фронтом. Вторые планировали прорыв в центре, севернее и южнее пинских болот, с последующим отворотом в стороны вышеуказанных морей, то есть создание и разгром уже двух котлов. «Лишь после выполнения этой неотложной задачи, следует приступить к операциям по взятию Москвы...» Такая медлительность вплане «Барбаросса» явно не устраивала авторов учебника и они желаемое выдали за действительное:

Особое значение отводилось захвату Москвы». (ИО, 11 класс,стр.11)

План ОКХ План ОКВ

Первый вариант плана был отвергнут еще в декабре 1940 года, но немцам крайне необходимо было, чтобы наши войска сконцентрировались на флангах, желательно севернее пинских болот, и попали в ловушку. Для этого они и допустили «утечку секретной информации» по первому варианту фланговых ударов. Вот ее-то добросовестно и добывали наши разведчики.

«...немецкое наступление начнется во второй половине июня. Наиболее сильный удар будет нанесен левым флангом германской армии». (1 июня. Рихард Зорге.)

На поверку оказалось, что в Прибалтике самый слабый фланг. Вы можете не найти в современных публикациях эту фразу из шифровки Зорге. Чтобы выставить Сталина идиотом, ее зачастую изымают.

А давайте подумаем, почему эта ложная информация о направлении удара давалась немцами с относительно правдивыми сроками нападения?

Сам Гальдер, начальник генерального штаба, указывал на то, что «с первых чисел апреля и самое позднее с середины этого месяца скрыть от Советского Союза подготовку Германии к войне станет невозможно». Сроки для них были не так важны, главное, что, поверив им, мы легче бы проглотили «дезу» о направлении удара и попали в котлы.

Если подобную дезинформацию германская контрразведка распространяла даже в генеральном штабе и штабе ВМФ Германии, то уж германскому послу в Японии Отто и немецкому атташе в Бангкоке Шолю, от которых питался Зорге, просто входило в служебные обязанности «поощрять всякие фантазии» о сипе немецкой армии. «Указания» ОКВ от 6 сентября 1940 года, содержащие «материалы для разведывательной службы», предписывали разные варианты по дезинформации противника, в том числе «Преувеличивать состояние соединений, особенно танковых». В начале июня Зорге передает, что «на границе сосредоточено от 170 до 190 дивизий. Все они танковые, либо механизированные». ( В вермахте на начало войны было 19 танковых и 14 механизированных дивизий).

За пять дней до войны Зорге сообщает, что на советско-германской границе удар нанесут лишь численностью в миллион человек, остальные втянутся постепенно. Нет и намека на блицкриг, на направление главного удара. ( Спи спокойно, товарищ Сталин!) Немцы же в свой первый удар вложили все силы, оставив в резерве командующих групп лишь 4,5% дивизий от общей численности 4,6 млн. человек.

Мы ни в коей мере не обвиняем разведчиков, не ставим под сомнение их героизм и преданность. Их дело сообщить информацию и ее источник. Все остальное решается в центре.

Из страха или угодливости руководитель Разведуправления Красной Армии Голиков, передавая Сталину информацию разведчиков, квалифицировал ее как дезинформацию. ( ИО, 11 класс, стр.14)

Как доказательство приводится заключение Ф.И.Голикова:

«Слухи и документы, говорящие о неизбежности весной этого года войны против СССР, необходимо рассматривать как дезинформацию, исходящую из английской и даже, может быть, германской разведки».

Школьники, скорее всего, и не замечают, что Филипп Иванович, светлая голова, абсолютно прав - войны-то весной не было!!! Она началась летом!

Как ни крути, а помог их обмануть и сам... Жуков(!), с осуждением поместивший, даже выделив жирным шрифтом, это заключение Ф.И. Голикова в свои «Воспоминания и размышления». Более того, далее в этой книге еще одна 100%-ная «деза». Военно-морской атташе в Берлине капитан первого ранга Воронцов сообщал о том» «...что, со слов одного германского офицера из ставки Гитлера, немцы готовят на 14 мая вторжение в СССР через Финляндию, Прибалтику и Румынию».

Отмечая «исключительную ценность» этих данных, Жуков обрушивается на адмирала Н.Г. Кузнецова, который «дезинформировал Сталина» по поводу этой информации следующим выводом: «Полагаю, что сведения являются ложными и специально направлены по этому руслу с тем, чтобы проверить, как на это будет реагировать СССР». Ну а далее у Жукова, как итог, снова безапелляционный вывод:

«И.В. Сталин допустил непоправимую ошибку, доверившись ложным сведениям, которые поступали из соответствующих органов».

И можно было бы согласиться с этим, если бы не один немецкий документ от 11 марта 1941 года. На секретном совещании в ОКВ был принят ряд решений о подготовке войны против СССР. Среди них и следующее:

«Штаб верховного главнокомандования вермахта желает подключить к осуществлению дезинформационной акции русского атташе (Воронцова ) в Берлине». Комментарии, как говорится, излишни. Это еще раз подтверждает, как бережно надо относиться к истории и не спешить с выводами, даже если ты прославленный маршал.

Не выдерживает критики и свидетельство Жукова о том, что накануне войны ему с трудом удалось разбудить Сталина. Молотов утверждает, что в начале третьего часа ночи позвонил немецкий посол граф Шуленберг и сообщил, что ему необходимо вручить важный правительственный документ. Молотов разбудил Сталина и сказал:

«Коба, Шуленберг идет ко мне в наркомат с меморандумом об объявлении войны».

Принять меморандум немедленно означало признать, что Германия напала на нас не внезапно, не по-бандитски, а как того требует международное право - объявила войну и только потом начала вторжение. Сталин приказал принять посла только после того, как военные сообщат о вторжении, сам же сразу поехал в Кремль, вызвав туда членов Политбюро.

Молотов вот как объясняет ошибочность версии Жукова. После того как Сталин уехал в Кремль, Жуков, получив донесение о нападении, позвонил на дачу. Но дежурный, а им, по Жукову, оказался заспанный генерал Власик (Его что, у тумбочки, как «молодого», поставили солдаты охраны?! ) не имел права сообщать, что Сталин куда-то уехал. Жуков положил трубку, и ему тут же позвонил Сталин. Жуков, конечно, не спрашивал Генсека, откуда тот звонит, но у него создалось впечатление, что Сталин еще в Кунцево.

Для чего такое накрутил Жуков, остается загадкой. Но выходит, что лишь он не проспал начало войны. А почему бы ему не написать о том, как он справился с возложенными на него накануне войны обязанностями по обеспечению войск топливом и связью? Почему директиву о возможном нападении немцев, отданную Сталиным 21 июня в 9 часов вечера, смог передать в войска (да и то не всем) лишь к часу ночи?

Впрочем, давайте поговорим о сроках нападения, проследим динамику рождения и подготовки агрессии Германии против Советского Союза.

22 июля 1940 года Гитлер настаивает начать войну осенью 1940 года.

18 декабря подписанная директива о плане войны «Барбаросса» предусматривает нападение 15 мая.

3 апреля срок нападения перенесен на 4 недели.

30 апреля выяснилось, что железнодорожные возможности не позволяют провести запланированную переброску войск.

30 мая Гитлер заявил, что днем начала операции «Барбаросса» пока остается 22 июня...

Гитлер колеблется, и Сталин делает все возможное, чтобы он еще раз перенес начало агрессии. Известное сообщение ТАСС от 14 июня было специально приурочено к совещанию у Гитлера по «Барбароссе» с докладами командующих группами армий!

Уже одно это говорит, что Сталин давал понять Гитлеру, что следит за каждым его шагом и дипломатическим способом пытается затруднить ему нападение на нашу страну.

Анализируя предвоенную обстановку, конечно же, необходимо учитывать интересы и намерения всех втянутых в войну стран.

Давайте это сделаем и мы.

Германии было выгодно, чтобы на нас напали Япония и Турция. Войну натри фронта мы бы, безусловно, не выдержали. Германии также крайне необходимо было перемирие с Англией. Вспомним прыжок Гесса на «территорию условного противника». Гитлер понимал, что именно этим он по-настоящему обеспечит вступление в войну Японии. А Япония? Ее действия будут в значительной степени зависеть от поведения Англии. Выйдет она из войны - и Япония в связи с усилением ее флота на Тихом океане, вероятнее всего, нападет на СССР, остается Англия в состоянии войны с Германией - Япония нападет на США.

Получается, что для нас на первое место выходит позиция Англии. Если она воюет - у нас один фронт и автоматический союзник Англия, а в перспективе - и тесно связанные с ней США. Если она заключает перемирие, наше поражение становится неизбежным. Но вероятнее всего, что Англия не выйдет из войны, если Германия нападет на СССР. Для нее это будет просто позорно! А если наоборот? А если мы нападем на Германию?

Как видим, судьба нашей страны стала зависеть от, казалось бы, сакраментального вопроса «Кто на кого нападет?». Мы нападать не собирались, но нас могут сделать агрессорами искусственно. Накануне войны с Полыней немцы разгромили собственную радиостанцию, подбросив трупы в польской военной форме, и дали все это запечатлеть корреспондентам. Кто хотел поверить в агрессию Польши, тот поверил. Англичанам будет очень выгодно поверить в нашу агрессию против Германии и с полным правом заявить о нейтралитете.

Следовательно, на месте Сталина надо сделать все возможное, чтобы не попасться на такую провокацию. По сравнению с тем, что поставлено на карту, никакие антипровокационные мероприятия не являются дорогими, никакие сбитые самолеты не компенсируют поражения в войне. Жуков в это время сетовал на категорический запрет ведения воздушной разведки.

И насколько этот вопрос важный, видно даже из попыток Резуна (Суворов) в книгах «День М», «Ледокол» и т.д. даже сейчас, через столько лет, когда уже установлен факт вероломного нападения фашистской Германии, убеждать наев обратном! Почему этот изменник западными спецслужбами ориентирован на это, мы еще скажем.

22 июня весь мир ясно увидел, что Гитлер является агрессором. И в этом величайшая заслуга Сталина.

Вот и давайте решать, что делать. Поднимать войска по тревоге и даже напасть первыми, как это предлагал Жуков? Или поднимать их со многими оговорками и тогда, когда провокация уже не могла осуществиться? Сталин ставил своей целью выиграть войну, Жуков - сражение. К сожалению, Жуков эту разницу не понял даже ко времени написания своей книги.

Сталин имел полное право на эту дипломатическую игру еще и потому, что колебания Гитлера по поводу нападения на СССР продолжались вплоть до 21 июня! В тот день он пишет своему «другу» Бенито Муссолини:

«Если я Вам, Дуче, лишь сейчас направляю это послание, то только потому, что окончательное решение будет принято сегодня в 7 часов вечера. Я пишу Вам письмо в тот момент, когда длившиеся месяцами тяжелые раздумья, а также нервное ожидание закончились принятием самого трудного в моей жизни решения».

ВОЙНА! !!

Знал ли Сталин о ее приближении, если еще в 1927 году на Объединенном Пленуме ЦК и ЦКК ВКП(б) высмеивал Зиновьева: «Кто «толкнул» Зиновьева написать статью о возможности войны теперь, когда война становится неизбежной? (Смех )»?

На оборону шла почти половина бюджета.

Троцкий в том же 1927 году, потерпевший на навязанной им же дискуссии сокрушительное поражение, также знал о приближающейся войне. Именно тогда он выдвинул программный тезис, что брать власть в стране следует, когда враг подойдет на 80 км к столице.

Готовился ли Сталин к войне, если была проведена скрытая мобилизация и уже за десять дней до нее началось минирование мостов и дорог, вывод фронтовых управлений на основные командные пункты?

Готовился ли Сталин к войне, если даже Гальдер 7.04.41 года записал в своем дневнике: «Анализ группировки русских войск заставляет признать, что их группировки вполне позволяют быстро перейти в наступление».

Как-то, собрав своих троих сыновей, Сталин сказал: «Ребята, скоро война, и вы должны стать военными». Яков и Сергеев (приемный сын Сталина) стали артиллеристами, Василий - летчиком. «В первый же день войны Сталин позвонил, чтобы нас немедленно взяли на фронт. И это была единственная привилегия от него, как от отца», - впоследствии напишет один из них.

Для нападения Гитлер выбрал самый длинный день в году. Это как бы символизировало величие и вечность третьего рейха.

Сталин в насмешку Парад Победы проведет 24 июня 1945 года, когда день начнет сокращаться...

Вот как описал состояние Сталина в начале войны придворный историк Волкогонов: «В течение нескольких дней был подавлен и потрясен, находился в глубоком психологическом шоке, почти параличе». Мы разгадали секрет этой фразы. Дело в том, что в своей жизни генерал-пропагандист не командовал ни одним солдатом, но, чтобы вжиться в образ Сталина, представил, что ему предложили командовать ротой. Свое состояние и перенес на вождя, даже не заметив от потрясения, что уже обнародован дежурный журнал приемной Сталина, в котором с 21 июня 1941 года зафиксированы сотни посещений. Принимались десятки важнейших решений, отдавались один за другим приказы и распоряжения. Сталин не только не сложил ни одной из прежних высоких обязанностей (Генерального секретаря ЦК, Председателя СНК ), но именно в эти первые, самые страшные дни войны взял на себя новые ответственейшие обязанности председателя ГКО, члена, а затем и председателя Ставки, Народного комиссара обороны и Верховного Главнокомандующего. 3 июля Сталин произнес мужественную, исполненную веры в победу речь.

Если это шок и паралич, то что такое твердость, энергия и мужество?

Не получилось у нас вначале бить врага малыми силами на его территории. Своих врагов на их территории, в горах Кавказа, удалось бить лишь Ельцину, но опять же силами не малыми...

Может быть, Сталину надо было воспитывать войска в духе пораженчества? Нет! И еще раз нет! Ведь именно об эту несокрушимую веру в Победу, об эти яростные крики: «За Родину! За Сталина!» разбились хваленые армии Гитлера.

Странно получается. Кутузов, сдавший Москву, - герой, а Сталин, ее отстоявший, - негодяй?!

« Если мы примем все это во внимание, то нам не покажется проявлением глупости или недальновидности тот факт, что Сталин не спешил дать отпор врагу до тех пор, пока Гитлеру не удалось, благодаря внезапному нападению, продвинуться далеко в глубь России... Вскоре после начала войны военные обозреватели заявили, что русские разгадали секрет блицкрига. Гитлеру была навязана затяжная война, которую вряд ли могла выдержать экономика Германии».

(Анна Луиза Стронг, «Эра Сталина»)

А наша не только выдержала, но и убедительно доказала свои преимущества. Именно экономикой социализма, а не «завалив немцев трупами», выиграли мы ту войну. Утверждающие последнее, по логике, должны еще и доказать, что Жуков, Рокоссовский, Василевский и другие выдающиеся полководцы - недоумки, не умеющие воевать.

 

СТАЛИНГРАД

Я помню бой, напоминавший ад,
Друзей, что спят в окопах Сталинграда,
И говорю я в память тех солдат:
Нет для меня на карте Волгограда!
Марат Зубовленко

 

Мы уже говорили, что опровергнуть всю ложь невозможно, но как пройти мимо такого:

«Страх и одновременно вера в непогрешимость Верховного сыграли свою роль. Главный порок принятого решения состоял в несоединимости двух одновременных задач: сразу и наступать, и обороняться. Что же касается определения летнего наступления германских войск, то Сталин считал, что оно снова будет на Москву. Видимо, здесь успешно поработала гитлеровская разведка, которая провела операцию по дезинформации под кодовым названием «Кремль». Сложными путями до Сталина дошли сведения, что якобы главный удар летом 1942 г. будет нанесен группой армий «Центр» на Москву. Поверив этому, Сталин распорядился сосредоточить под Москвой значительную часть танковых сил и авиации и тем самым обескровил наступавшие части на юго-западном и других направлениях.

На самом же деле стратегия Гитлера на лето 1942 г. сводилась к тому, чтобы разгромить наши войска на юге, овладеть районами Кавказа, выйти к Волге, захватить Сталинград, Астрахань...»

(МО, 11 класс, стр.34)

 

Ничего не скажешь, - красноречивый отрывок. Опять умный Гитлер надул простачка Сталина. А почему авторы не говорят, что итогом всему была победоносная Сталинградская битва?!

Сталин снова, как и в 1941 году, взял себе в помощники надежных союзников - пространство и время. Он специально подыгрывает дезинформации «Кремль», чтобы направить фашистские полчища в степные, бескрайние просторы юга и в горы Кавказа. А там, измотав и обескровив их, путем неожиданного контрудара разгромить вклинившуюся группировку. Роль Сусанина взяли на себя войска южного направления. Приказы требовали не цепляться за территорию, отходить, сохранять войска.

В Сталинграде приказ был другой - No 227: «Ни шагу назад».

Немцы, удивляясь отсутствию пленных, со значительным опозданием поняли, что судьба Кавказа ( да и всей летней кампании ) будет решаться у стен Сталинграда. Сталин же правильно оценил его стратегическую роль и накопил там огромные резервы для решающей битвы. Можно ли было это сделать скрытно не переселив поволжских немцев, не парализовав тем самым агентурную сеть фашистов? Вопрос вопросов!

Судя по мемуарной литературе Сталин, как и вначале войны, не посвятил никого в свой тайный стратегический замысел. Жуков, Василевский и др. были лишь его великолепными военно-техническими исполнителями.

Подыгрывая дезинформации «Кремль», Сталин допустил широкое обсуждение планов ведения войны на весенне-летний период 1942 года не только в Ставке, но и военными советами направлений. Общеизвестно, чем шире состав привлеченных к обсуждению, тем больше вероятность утечки информации...

Авторы учебника идут на явную подтасовку, лгут нашим детям! А давайте их за это высечем! И пусть это сделают наши бывшие враги. Непосредственный участник тех событий, Иохим Видер:

«И все же для наступательной операции таких масштабов мы захватили до удивления мало пленных, оружия и снаряжения. Создавалось впечатление, что русские, действуя по намеченному плану, упорно уклоняются от решающих сражений и отходят в глубь своей территории...

Я и поныне глубоко убежден, что отход советских соединений летом 1942 года был блистательным достижением традиционной военной тактики русских, которая в данном случае хотя поставила страну на грань гибели, но в конечном счете все же оправдала себя».

А вот что ответил на Нюрнбергском процессе фельдмаршал Фридрих Паульс на вопрос о его преподавании стратегии в советской военной академии:

«Советская стратегия оказалась настолько выше нашей, что я вряд ли мог понадобиться русским хотя бы для того, чтобы преподавать в школе унтер-офицеров. Лучшее тому доказательство - исход битвы на Волге, в результате которой я оказался в плену, а также и то, что все эти господа (военные руководители фашистской Германии - ред.) сидят сейчас в от здесь, на скамье подсудимых».

И наконец, вот как оценивал стратегический план Гитлера по захвату наших важнейших экономических районов на юге страны виднейший немецкий историк Курт Типпельскирх:

«Решающее значение такая стратегия, преследующая в первую очередь экономические цели, могла приобрести только в случае, если бы Советский Союз использовал большое количество войск для упорной обороны (этого хотели авторы учебника?! - ред.) и при этом потерял бы их. В противном случае было бы мало шансов удержать обширную территорию во время последующих контрударов русских армий... Для запланированного немецкого наступления попытка русских помешать ему была бы только желанным началом...

Сталин со злобной радостью следил за наступлением немецких войск на Сталинград и Кавказ. Он расходовал свои резервы очень экономно и только тогда, когда было действительно необходимо помочь обороняющимся в их крайне тяжелом положении. Вновь сформированные, а также отдохнувшие и пополненные дивизии пока не вводились в бой; они предназначались для того, чтобы, как карающим мечом Немезиды, разгромить слишком растянутый фронт немецких армий и их союзников и одним ударом внести коренной перелом в положение на юге».

Подобных сталинских ударов было десять, после чего обгорелая челюсть Гитлера, лучшего друга авторов учебника, стала валяться в каком-то пыльном мешке второстепенного фонда... На эту драгоценную реликвию натолкнется, добывая компромат на Сталина, кажется, Волкогонов, генерал от агитпропа...