Содержание материала

О Первой мировой войне и мире

 

Рост империализма в Европе – не случайность. В Европе капиталу становится тесно, и он рвётся в чужие страны, ища новых рынков, дешёвых рабочих, новых точек приложения. Но это ведёт к внешним осложнениям и войне. Никто не может сказать, что Балканская война является концом, а не началом осложнений. Поэтому вполне возможно такое сочетание снутренних и внешних конъюнктур, при котором та или иная национальность в России найдёт нужным поставить и решить вопрос о своей независимости.

("Марксизм и национальный вопрос" т.2 стр.360.)

 

Когда буржуазные дипломаты готовят войну, они начинают усиленно кричать о «мире» и «дружественных отношениях». Если какой-нибудь министр иностранных дел начинае распинаться за «конференцию мира», то так и знайте, что «его правительство»уже отдало заказ на новые дредноуты и монопланы. У дипломата слова должны расходиться с делом,– иначе какой он дипломат? Слова – это одно, дело – совершенно другое. Хорошие слова – маска для прикрытия скверных дел. Искренний дипломат – это сухая вода, деревянное железо.

("Выборы в Петербурге" т.2 стр.276.)

 

Добренькие слова о мире, прикрывающие решительную поддержку политики войны и захватов,- кому не известны эти старые-престарые приёмы империалистического обмана масс?

("Ещё о Стокгольме" т.3 стр.197.)

 

Нынешняя война есть война империалистическая. Её основная цель – захват(аннексия) чужих, главным образом, аграрных территорий капиталистически развитыми государствами. Последним нужны новые рынки сбыта, удобные пути к этим рынкам, сырьё, минеральные богатства, и они стараются брать их везде, безотносительно к внутренним порядкам захватываемой страны.

("О войне" т.3 стр.5.)

 

Сомнения невозможны. Война была и остаётся империалистической. Разговоры о мире без аннексий при готовящемся на деле наступлении лишь прикрывают грабительский характер войны.

("Вчера и сегодня" т.3 стр.84.)

 

Высшее командование не поняло, что при новых условиях в России и при том. что цели войны неясны, невозможно вслепую бросать массы в наступление. Вышло то, что мы предсказывали: наступление оказалось обречённым на провал.

(Выступления на VI съезде РСДРП(б) т.3 стр.160.)

 

Оказывается, русские солдаты льют кровь на полях сражения не для “защиты отечества”, не за “свободу”, как уверяет нас продажная буржуазная печать,– а для захвата чужих земель в угоду кучке империалистов.

("Или-или" т.3 стр.20.)

 

Пока Исполнительный комитет препирался с Временным правительством об аннексиях и контрибуциях, пока Временное правительство фабриковало «ноты» а Исполнительный комитет наслаждался ролью «победителя», между тем как война за захваты продолжаласт по-старому,– жизнь в окопах, действительная жизнь солдат выдвинула новое средство борьбы – массовое братание. Нет сомнения, что братание само по себе есть лишь стихийная форма стремления к миру. Тем не менее, проведённое организованно и сознательно братание може превратиться в могучее средство в руках рабочего класса для революционизирования положения в воюющих странах.

("Отставшие от революции" т.3 стр.60.)

 

Каково же отношение Исполнительного комитета к братанию?…

Вместо братания Исполнительный комитет предлагает солдатам “не отказываться от наступательных действий, которых может потребовать боевая обстановка”…

Короче, чтобы добиться мира, нужно наступать и захватывать чужие “участки”.

Так рассуждает Исполнительный комитет.

("Отставшие от революции" т.3 стр.60.)

 

Приписывать “разруху” на фронте исключительно агитации большевиков,- значит преувеличивать влияние большевиков. Ни одна партия не в силах поднять такую тяжесть. Чем объяснить, что наша партия, насчитывающая до 200 тысяч членов, могла “разложить” армию, а Центральный исполнительный комитет Советов, объединяющий 20 миллионов граждан, не мог удержать армию под своим влиянием. Дело в том, что солдаты не хотят воевать, не зная, за что они воюют, они устали, они обеспокоены вопросом о распределении земли, и т.п. Рассчитывать, что при таких условиях можно вести солдат на войну, значит рассчитывать на чудо.

("Выступление на экстренной конференции петроградской организации" т.3 стр.116.)

 

Что Россия загнана в тупик, что она переживает глубокий кризис, что она на краю гибели,- это, конечно, верно.

Но не странно ли, что:

1) В России до войны был избыток хлеба, причём мы вывозили его ежегодно 400-500 миллионов пудов, а теперь, во время войны, у нас нехватает хлеба, мы принуждены голодать.

2) В России до войны государственная задолженность равнялась 9 миллиардам, причём для оплаты процентов требовалось всего 400 миллионов рублей в год, между тем как за три года войны задолженность доходит до 60 миллиардов, требуя на одни лишь проценты ежегодно 3 миллиарда рублей.

Не ясно ли, что Россия загнана в тупик войной, и только войной?

Но кто толкал Россию на путь войны, кто толкает её теперь на путь продолжения войны, как не те же Рябушинские и Коноваловы, Милюковы и Винаверы?

("Чего хотят капиталисты?" т.3 стр.190.)

 

Перед нами стоит вопрос о войне и мире.Война уносит и унесёт ещё миллионы жертв. Война разоряет миллионы семей. Она нагнала на города голод и истощение. Она лишила деревню самых необходимых товаров. Война выгодна только богачам, набивающим карманы на казённых поставках. Война выгодна только правительствам, грабящим чужие народы. Для такого грабежа и ведётся война. И вот вопрос: как быть с войной, прекратить её или продолжать дальше, лезть дальше в петлю, или порвать её вконец?

("Чего мы ждали от конференции?" т.3 стр.63.)

 

Сначала революция, потом – мир!

("Логика вещей" т.4 стр.135.)

 

 

О политике партии

 

Рабочим массам нужна правильная политика.

("Речь в германской комиссии VI пленума ИККИ" т.8 стр.115.)

 

Революционность – дело хорошее. Выдержка – ещё лучше. Но, если, кроме этих качеств, ничего не имеется в арсенале, то этого мало, товарищи, страшно мало. Месяц–другой хватит такого багажа, но потом он иссякнет, наверняка иссякнет, если его не подкрепить правильной политикой.

("Речь в германской комиссии VI пленума ИККИ" т.8 стр.114.)

 

Правильная политика вовсе не должна вести всегда и обязательно к непосредственной победе над противником. Непосредственная победа над противником определяется не только правильной политикой, но и, прежде всего и главным образом, соотношением классовых сил, явным перевесом сил на стороне революции, распадом в лагере противника, благоприятной международной обстановкой.

Только при этих условиях может привести к непосредственной победе правильная политика пролетариата.

Но есть одно обязательное требование, которому должна удовлетворять правильная политика всегда и при всяких условиях. Это требование состоит в том, чтобы политика партии повышала боеспособность пролетариата, умножала его связи с трудящимися массами, подымала авторитет пролетариата среди этих масс, превращала пролетариат в гегемона революции.

("Заметки на современные темы" т.9 стр.345.)

 

Искусство большевистской политики состоит вовсе не в том, чтобы стрелять без разбора из всех пушек по всем фронтам, не считаясь с условиями времени и места, не считаясь с готовностью масс поддержать те или иные шаги руководства. Искусство большевистской политики состоит в том, чтобы уметь выбрать время и место и учитывать все обстоятельства дела для того, чтобы сосредоточить огонь на том фронте, где скорее всего можно будет добиться максимальных результатов.

("О работах Апрельского объединённого пленума ЦК и ЦКК" т.11 стр.51.)

 

Некоторые думают, что достаточно выработать правильную линию партии, провозгласить её во всеуслышание, изложить её в виде общих тезисов и резолюций и проголосовать её единогласно, чтобы победа пришла сама собой, так сказать, самотёком. Это, конечно, неверно. Это большое заблуждение. Так могут думать только неисправимые бюрократы и канцеляристы. На самом деле, эти успехи и победы были получены не в порядке самотёка, а в порядке ожесточённой борьбы за проведение линии партии. Победа никогда не приходит сама,- её обычно притаскивают. Хорошие резолюции и декларации за генеральную линию партии – это только начало дела, ибо они означают лишь желание победить, но не самую победу. После того, как дана правильная линия, после того, как дано правильное решение вопроса, успех дела зависит от организационной работы, от организации борьбы за проведение в жизнь линии партии, от правильного подбора людей, от проверки исполнения решений руководящих органов. Без этого правильная линия партии и правильные решения рискуют потерпеть серьёзный ущерб. Более того: после того, как дана правильная политическая линия, организационная работа решает всё, в том числе и судьбу самой политической линии,- её выполнение, или её провал.

На самом деле победа была добыта и завоёвана путём систематической и жестокой борьбы со всякого рода трудностями на пути к проведению линии партии, путём преодоления этих трудностей, путём мобилизации партии и рабочего класса на дело преодоления трудностей, путём организации борьбы за преодоление трудностей, путём смещения негодных работников и подбора лучших, способных повести борьбу с трудностями.

("Отчётный доклад XVII съезду партии о работе ЦК ВКП(б)" т.13 стр.365.)

 

Для правильного руководства партии необходимо, помимо всего прочего, чтобы линия партии была правильна, чтобы массы понимали правильность партийной линии и поддерживали её активно, чтобы партия не ограничивалась выработкой генеральной линии, а руководила изо дня в день проведением её в жизнь, чтобы партия вела решительную борьбу с уклонами от генеральной линии и примиренчеством с ними, чтобы в борьбе с уклонами партия ковала единство своих рядов и железную дисциплину.

("Политический отчёт Центрального комитета XVI съезду ВКП(б)" т.12 стр.341.)

 

…партия не может ограничиваться выработкой генеральной линии. Она должна еще проверять изо дня в день проведение генеральной линии на практике. Она должна руководить проведением генеральной линии, улучшая и совершенствуя в ходе работы принятые планы хозяйственного строительства, исправляя и предупреждая ошибки.

("Политический отчёт Центрального комитета XVI съезду ВКП(б)" т.12 стр.345.)

 

Мы не можем определять свою политику на основании того, что могут сказать про нас те или иные сплетники или обыватели. Мы должны идти своей дорогой твёрдо и уверенно, не глядя на то, какую ещё сплетню могут сочинить про нас досужие люди. У русских имеется хорошая пословица: «Собаки лают, караван проходит». Следовало бы помнить нам эту пословицу: она может нам пригодиться еще не раз.

("О борьбе с правыми и “ультралевыми” уклонами" т.8 стр.8.)

 

Можно простить политическую близорукость раз, можно простить другой раз, но если она превращается в политику, то близорукость граничит тогда с преступлением.

("Речь в германской комиссии VI пленума ИККИ" т.8 стр.115.)

 

Факты говорят, что генеральная линия нашей партии является единственно правильной линией.

Об этом свидетельствуют те успехи и достижения, которые имеем мы на фронте социалистического строительства. Не бывало и не может быть, чтобы решительная победа, одержанная партией за истекший период на фронте социалистического строительства в городе и деревне, была результатом неправильной политики. Только правильная генеральная линия могла дать нам такую победу.

("Политический отчёт Центрального комитета XVI съезду ВКП(б)" т.12 стр.343.)

 

 

О положении в деревне перед коллективизацией

 

к январю 1928 года, мы имели серьёзнейший кризис в хлебозаготовках.

Что означает кризис в хлебозаготовках, каков его смысл, каковы его вероятные результаты?

Зто означает, прежде всего, кризис снабжения рабочих районов, подъём цен на хлеб в этих районах, срыв реальной заработной платы рабочих.

Это означает, во-вторых, кризис снабжения Красной Армии, недовольство среди красноармейцев.

Это означает, в-третьих, кризис снабжения льняных и хлопковых районов, спекулятивные цены на хлеб в этих районах, переход льноводов и хлопкоробов на производство хлеба,- стало быть, сокращение производства хлопка и льна, ведущее к сокращению соответствующих отраслей текстильной промышленности.

Это означает, в-четвёртых, отсутствие хлебных резервов в руках государства, как для нужд внутри страны (в случае неурожая), так и для нужд экспорта, необходимого для ввоза оборудования и сельскохозяйственных машин.

Это означает, наконец, срыв всей нашей политики цен, срыв политики стабильности цен на хлебные продукты, срыв политики систематического снижения цен на промтовары.

("Первые итоги заготовительной кампании и дальнейшие задачи партии" т.11 стр.10.)

 

Из ряда причин, определивших кризис хлебозаготовок, необходимо отметить следующие.

Во-первых. Растёт и богатеет деревня. Вырос и разбогател, прежде всего, кулак. Три года урожая не прошли даром. Хлебных излишков в этом году не меньше, чем в прошлом, так же как промтоваров в стране в этом году не меньше, а больше, чем в прошлом году. Однако зажиточные слои деревни получили в этом году возможность оборачиваться на сырьевых культурах, мясопродуктах и т. д., удержав у себя хлебные продукты для того, чтобы взвинтить на них цены. Правда, кулака нельзя считать основным держателем хлебных продуктов, но он является хозяйственным авторитетом в деревне, у него есть смычка с городским спекулянтом, дающим за хлеб дороже, и он имеет возможность вести за собой середняка в вопросе о повышении цен на хлеб, в вопросе о срыве советской политики цен, поскольку он не встречает противодействия со стороны наших заготовительных организаций.

Во-вторых. Наши заготовительные организации оказались не на высоте своего призвания. Злоупотребляя бонификацией и всякого рода «законными» накидками на цену, наши заготовительные организации, вместо того, чтобы обуздать спекуляцию, повели бешеную конкуренцию между собой, подрывали единый фронт заготовителей, вздували цены на хлеб и невольно помогали спекулянтам и кулакам срывать советскую политику цен, ухудшать рынок, снижать заготовки. Правда, партия могла бы положить конец этим недочётам, вмешавшись в дело. Но она, упоённая успехами прошлогодних заготовок и отвлечённая дискуссией, прошла мимо этих недочётов в расчёте, что самотёк покроет все недочёты. Более того, целый ряд парторганизаций отнёсся к делу заготовок формально, как к чуждому им делу, забывая, что ответственность перед рабочим классом за недостатки в заготовках, так же как и за недостатки в работе всех и всяких хозяйственных и кооперативных организаций, ложится, прежде всего, на партию.

В-третьих. Линия нашей работы в деревне в целом ряде районов оказалась искривлённой. Основной лозунг партии «обопрись на бедноту, устраивай прочный союз с середняком, ни на минуту не прекращай борьбы с кулачеством» – проводился нередко неправильно. Если парторганизации научились устраивать союз с середняком, что является громадным завоеванием для партии, то они далеко не везде еще наладили работу с беднотой. Что касается борьбы с кулачеством и кулацкой опасностью, то в этой области нашими парторганизациями далеко еще не сделано всё то, что они должны были бы сделать. Этим, между прочим, и объясняется тот факт, что в наших организациях, как в партийных, так и иных, народились в последнее время известные, чуждые партии, элементы, не видящие классов в деревне, не понимающие основ нашей классовой политики и пытающиеся вести работу таким образом, чтобы никого не обидеть в деревне, жить в мире с кулаком и вообще сохранить популярность среди «всех слоев» деревни. Понятно, что наличие таких «коммунистов» в деревне не могло послужить к улучшению нашей работы в деревне,к ограничению эксплуататорских наклонностей кулачества и сплочению бедноты вокруг партии.

Далее. До января месяца платёжеспособный спрос крестьянства, в силу увеличения доходов крестьян от незерновых сельскохозяйственных культур, животноводства и отхожих промыслов, значительно возрос по сравнению с прошлым годом, причём, несмотря на увеличение массы промтоваров, направленных в деревню, в ценностном выражении наблюдалось известное сокращение товарного предложения, т. е. отставание предложения товаров от роста платёжеспособного спроса.

Всё это, соединённое с такими ошибками в нашей работе, как запоздалый подвоз промтоваров в деревню, недостаточность сельхозналога, неумение извлечь денежные излишки из деревни и т. п. – создали условия, приведшие к кризису в хлебозаготовках.

Само собой понятно, что ответственность за эти ошибки падает прежде всего на ЦК, а не только на местные организации партии.

("Первые итоги заготовительной кампании и дальнейшие задачи партии" т.11 стр.12.)

 

…кулак получил в этом году возможность использовать эти трудности для того, чтобы взвинтить цены на хлеб, повести атаку против советской политики цен и затормозить тем самым нашу заготовительную работу.А удалось ему использовать эти трудности по крайней мере по двум причинам:

во-первых, потому, что три года урожая не прошли даром, кулак вырос за это время, хлебные запасы в деревне вообще, у кулака в особенности, накопились за это время, и кулак получил возможность попытаться продиктовать цевы;

во-вторых, потому, что кулак имел поддержку со стороны городских спекулянтов, играющих на повышение цен на хлеб и взвинчивающих, таким образом, цены.

Это не значит, конечно, что кулак является главным держателем хлеба. Главная и основная масса, которая держит большую часть хлеба, это – середняк. Но у кулака имеется известный хозяйственный авторитет в деревне, и в вопросе о ценах он может иногда вести за собой середняка. Отсюда возможность для кулацких элементов деревни использовать трудности нашего строительства для спекулятивного взвинчивания цен на хлеб.

("О работах Апрельского объединённого пленума ЦК и ЦКК" т.11 стр.42.)

 

…мы ввели свободу торговли, мы допустили оживление капитализма, мы ввели нэп для того, чтобы поднять рост производительных сил, увеличить количество продуктов в стране, укрепить смычку с крестьянством. Смычка, интересы смычки с крестьянством, как основа наших уступок по линии нэпа,- вот как подходит к делу Ленин.

Знал ли тогда Ленин, что нэпом, уступками крестьянству воспользуются спекулянты, капиталисты, кулаки? Конечно, знал. Значит ли это, что уступки эти были, по сути дела, уступками спекулянту и кулаку? Нет, не значит. Ибо нэп вообще и торговля в частности используются не только капиталистами и кулаками, но и государственными и кооперативными органами, ибо торгуют не только капиталисты и кулаки, но и госорганы и кооперация, причём госорганы и кооперация, когда они научатся торговать, будут брать верх (уже берут верх!) над частниками, смыкая нашу индустрию с крестьянским хозяйством.

Что же получается из этого? Из этого получается то, что наши уступки идут в основном по линии укрепления смычки и ради смычки с крестьянством.

("XIV съезд ВКП(б)" т.7 стр.359.)

 

…Создалось «оригинальное» положение: хлеба много в стране, а заготовки хлеба падают, создавая угрозу голода в городах и в Красной Армии.

Чем объясняется эта «оригинальность» положения? Нет ли здесь случайности какой-нибудь? Многие склонны объяснять это тем, что дали зевок, были заняты с оппозицией и кое-чего не доглядели. Что зевок был действительно допущен, это, конечно, верно. Но объяснять всё здесь зевком – значит впадать в грубейшую ошибку. Тем более нельзя объяснять заготовительный кризис случайностью. Такие вещи случайно не происходят. Это было бы слишком дешёвым объяснением.

("О работах Апрельского объединённого пленума ЦК и ЦКК" т.11 стр.39.)

 

То обстоятельство, что кулацко-спекулянтские элементы поставили перед трудящимися массами города и деревни призрак голода, нарушая к тому же законы Советской власти (107 статья), это обстоятельство не могло не повести к тому, что мы имели за собой в борьбе с капиталистическими элементами деревни большинство деревни. Кулак безбожно спекулировал хлебом, он создавал этим величайшие трудности как в городе, так и в деревне, он нарушал к тому же законы Советской власти, т. е. волю Центрального Исполнительного Комитета Советов рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов,- разве не ясно, что это обстоятельство должно было облегчить дело изоляции кулачества?

("О работах Апрельского объединённого пленума ЦК и ЦКК" т.11 стр.49.)

 

Вы говорите, что кулаки не хотят сдавать хлеба, что они ждут повышения цен и предпочитают вести разнузданную спекуляцию. Это верно. Но кулаки ждут не просто повышения цен, а требуют повышения цен втрое в сравнении с государственными ценами. Думаете ли вы, что можно удовлетворить кулаков? Беднота и значительная часть середняков уже сдали государству хлеб по государственным ценам. Можно ли допустить, чтобы государство платило втрое дороже за хлеб кулакам, чем бедноте и середнякам? Стоит только поставить этот вопрос, чтобы понять всю недопустимость удовлетворения кулацких требований.

Если кулаки ведут разнузданную спекуляцию на хлебных ценах, почему вы не привлекаете их за спекуляцию? Разве вы не знаете, что существует закон против спекуляции — 107 статья Уголовного Кодекса РСФСР, в силу которой виновные в спекуляции привлекаются к судебной ответственности, а товар конфискуется в пользу государства? Почему вы не применяете этот закон против спекулянтов по хлебу? Неужели вы боитесь нарушить спокойствие господ кулаков?!

Вы говорите, что ваши прокурорские и судебные власти не готовы к этому делу. Но почему в других краях и областях прокурорские и судебные власти оказались готовыми и действуют вполне успешно, а у вас они не готовы к делу применения к спекулянтам 107 статьи? Кто виноват в этом? Очевидно, что виноваты ваши партийные организации, которые, как видно, плохо работают и не добиваются того, чтобы законы нашей страны исполнялись добросовестно. Я видел несколько десятков представителей вашей прокурорской и судебной власти. Почти все они живут у кулаков, состоят у кулаков в нахлебниках и, конечно, стараются жить в мире с кулаками. На мой вопрос они ответили, что у кулаков на квартире чище и кормят лучше. Понятно, что от таких представителей прокурорской и судебной власти нельзя ждать чего-либо путного и полезного для Советского государства. Непонятно только, почему эти господа до сих пор еще не вычищены и не заменены другими, честными работниками.

("О хлебозаготовках и перспективах развития сельского хозяйства" т.11 стр.3-4.)

 

Хлебные затруднения не пройдут для нас даром. Они расшевелят большевиков и заставят их взяться вплотную за развитие сельского хозяйства, особенно за развитие зернового хозяйства. Без этих затруднений едва ли большевики взялись бы серьёзно за зерновую проблему.

("Об итогах Июльского пленума ЦК ВКП(б)" т.11 стр.218.)

 

Мы говорим часто о союзе с середняком. Но чтобы укрепить в наших условиях этот союз, надо вести решительную борьбу с кулачеством, с капиталистическими элементами в деревне. Поэтому XV съезд нашей партии был совершенно прав, когда он дал лозунг усиления наступления на кулачество. Но можно ли вести успешную борьбу с кулачеством, не ведя усиленной работы среди бедноты, не подымая бедноту против кулачества, не оказывая систематической помощи бедноте? Ясно, что нельзя! Середняк есть класс колеблющийся. Если с беднотой у нас плохо, если беднота не представляет еще организованной опоры Советской власти,- кулак чувствует себя в силе, середняк колеблется в сторону кулака. И наоборот: если с беднотой у нас хорошо, если беднота представляет организованную опору Советской власти,- кулак чувствует себя в осадном положении, середняк колеблется в сторону рабочего класса.

("О смычке рабочих и крестьян и о совхозах" т.11 стр.195.)

 

Середняк есть класс колеблющийся. Если нет у нас поддержки бедноты, если с Советской властью слабо в деревне, середняк может колебнуться в сторону кулака. И, наоборот, если поддержка бедноты обеспечена, можно сказать с уверенностью, что середняк колебнётся в сторону Советской власти. Поэтому систематическая работа среди бедноты и обеспечение бедноты как семенами, так и дешёвым хлебом является очередной задачей партии.

("Об итогах Июльского пленума ЦК ВКП(б)" т.11 стр.215.)

 

Беднота всё еще проникнута иждивенческой психологией, она надеется на ГПУ, на начальство, на что угодно, только не на себя, не на свою силу. Вот эта пассивность и иждивенческая психология должны быть выветрены из сознания бедноты. Надо дать лозунг бедноте, чтобы она стала, наконец, на свои собственные ноги, чтобы она при помощи коммунистической партии и при помощи государства организовалась в группы, училась на арене Советов, на арене кооперации, на арене кресткомов и ка всех аренах деревенской общественности бороться с кулаком, но бороться не путём обращения в ГПУ, а путём политической борьбы, путём организованной борьбы. Только так можно закалить бедноту, только так можно организовать бедноту и только так можно из деревенской бедноты вместо иждивенческой группы создать опору пролетариата в деревне.

("XIV съезд ВКП(б)" т.7 стр.333.)

 

 

О положении в России до революции

 

…царская Россия была очагом всякого рода гнёта – и капиталистического, и колониального, и военного,- взятого в его наиболее бесчеловечной и варварской форме. Кому не известно, что в России всесилие капитала сливалось с деспотизмом царизма, агрессивность русского национализма – с палачеством царизма в отношении нерусских народов, эксплуатация целых районов – Турции, Персии, Китая – с захватом этих районов царизмом, с войной за захват?

("Об основах ленинизма") т.6 стр.74.)

 

Под игом царского режима стонет не только рабочий класс. Тяжёлая лапа самодержавия душит и другие общественные классы. Стонет распухшее от постоянной голодовки русское крестьянство, обнищавшее вследствие непосильных налоговых тягот, отданное в жертву торгашам-буржуям и «благородным» помещикам. Стонет мелкий городской люд, мелкие служащие государственных и частных учреждений, мелкое чиновничество – в общем то многочисленное мелкое городское население, существование которого, так же как и рабочего класса, не обеспечено и которое имеет основание быть недовольным своим общественным положением. Стонет часть мелкой и даже средней буржуазии, которая не может примириться с царским кнутом и нагайкой, особенно образованная часть буржуазии, так называемые представители свободных профессий (учителя, врачи, адвокаты, студенты и вообще учащиеся). Стонут угнетённые нации и вероисповедания в России, в том числе гонимые со своей родины и оскорблённые в своих святых чувствах поляки, финны, права и свободу которых, дарованные им историей, самодержавие нагло растоптало. Стонут постоянно преследуемые и оскорбляемые евреи, лишённые даже тех жалких прав, которыми пользуются остальные российские подданные,- права жить везде, права учиться в школах, права служить и т. д. Стонут грузины, армяне и другие нации, лишённые права иметь свои школы, работать в государственных учреждениях, вынужденные подчиниться той позорной и угнетающей политике руссификации, которую с таким рвением проводит самодержавие. Стонут многие миллионы русских сектантов, которые хотят веровать и исповедывать так, как им подсказывает их совесть, а не так, как желают православные попы. Стонут... но всех угнетаемых, всех преследуемых российским самодержавием не перечислить. Их так много, что если бы все они поняли это и поняли, где их общий враг, российская деспотическая власть не просуществовала бы и одного дня. К сожалению, русское крестьянство ещё забито вековым рабством, нищетой и темнотой, оно просыпается лишь теперь, оно ещё.не поняло, где его враг. Угнетённые нации России не могут даже и думать о том, чтобы своими собственными силами освободить себя, пока против них стоит не только русское правительство, но даже русский народ, ещё не осознавший, что их общий враг – самодержавие. Остаются рабочий класс, мелкое городское население и образованная часть буржуазии.

Но буржуазия всех стран и наций прекрасно умеет присваивать плоды, добытые не её победой, прекрасно умеет загребать жар чужими руками. У неё никогда не бывает желания рисковать своим сравнительно привилегированным положением в борьбе с сильным врагом, в борьбе, выиграть которую пока ещё не так легко. Несмотря на то, что она недовольна, ей всё-таки живется не плохо, и потому она с удовольствием уступает рабочему классу и вообще простому народу право подставлять свою спину под казачьи нагайки, солдатские пули, бороться на баррикадах и т.д. Сама она «сочувствует» борьбе и в лучшем случае «возмущается» (про себя) по поводу той жестокости, с которой озверевший враг усмиряет народное движение. Она боится революционных действий и только в последние минуты борьбы, когда она ясно видит бессилие врага, сама переходит к революционным мерам. Этому учит нас опыт истории... Только рабочий класс и вообще народ, которому в борьбе нечего терять кроме своих цепей,- только они представляют собой действительную революционную силу. И опыт России, хотя он ещё и беден, подтверждает эту старую истину, которой учит нас история всех революционных движений.

("Российская социал-демократическая партия и её ближайшие задачи" т.1 стр.21)

 

Всякий, кто верил, что у нас теперь существует конституционный строй, всякий, кто думал, что старые зверства уже невозможны, убедился, что это не так, что попрежнему царская шайка хозяйничае над великим русским народом, что монархия Николая Романова по-прежнему требует на алтарь свой сотни и тысячи трупов русских рабочих и крестьян, что по-прежнему по всей России свистят нагайки и жужжат пули царских наёмников – Трещенок, упражняющихся над безоружными русскими гражданами.

("Годовщина Ленской бойни" т.2 стр.374.)

 

Власти … заинтересованы в “тишине и спокойствии” в нефтяном царстве, не говоря уже о том, что очень многие из членов правительства являются акционерами крупнейших нефтяных фирм, что налоги на нефтяную промышленность составляют одну из важнейших доходных статей государственного бюджета, что бакинский мазут питает “отечественную промышленность”, ввиду чего малейшая заминка в нефтяной промышленности необходимо отражается на состоянии промышленности России.

("Совещание и рабочие" т.2 стр.136.)

 

Цены на нефть, вопреки воплям нефтепромышленников, не падают, а остаются старые, ибо средняя цена за год получается та же. Что и в прошлом году… А благословенные скважины то и дело разражаются фонтанами, награждая нефтепромышленников дождём нефти.

Словом, «дела» нефтепромышленников поправляются.

("Письма с Кавказа" т.2 стр.174.)

 

Нужно оздоровить страну, болеющую хроническим голодом, нужно положить конец нынешнему положению вещей, при котором десятки миллионов тружеников земли принуждены периодически подвергаться голодовке со всеми её ужасами: немыслимо сложа руки смотреть на то, как голодные отцы и матери со слезами на глазах «сбывают за бесценок» своих дочерей и сыновей! Нужно в корне уничтожить нынешнюю хищническую финансовую политику, разоряющую скудное крестьянское хозяйство и при каждом неурожае неизбежно толкающую миллионы крестьян на путь опустошительной голодовки! Нужно спасти страну от нищенства и деморализации!

("За партию!" т.2 стр.215.)

 

Что Россия загнана в тупик, что она переживает глубокий кризис, что она на краю гибели,- это, конечно, верно.

Но не странно ли, что:

1) В России до войны был избыток хлеба, причём мы вывозили его ежегодно 400-500 миллионов пудов, а теперь, во время войны, у нас нехватает хлеба, мы принуждены голодать.

2) В России до войны государственная задолженность равнялась 9 миллиардам, причём для оплаты процентов требовалось всего 400 миллионов рублей в год, между тем как за три года войны задолженность доходит до 60 миллиардов, требуя на одни лишь проценты ежегодно 3 миллиарда рублей.

Не ясно ли, что Россия загнана в тупик войной, и только войной?

Но кто толкал Россию на путь войны, кто толкает её теперь на путь продолжения войны, как не те же Рябушинские и Коноваловы, Милюковы и Винаверы?

("Чего хотят капиталисты?" т.3 стр.190.)

 

Прошло то время, когда смело провозглашали: «единая и неделимая Россия». Теперь и ребёнок знает, что «единой и неделимой» России не существует, что она давно разделилась на два противоположных класса: на буржуазию и пролетариат. Теперь ни для кого не является тайной, что борьба между этими двумя классами превратилась в ту ось, вокруг которой вращается наша современная жизнь.

("Класс пролетариев и партия пролетариев" т.1 стр.62)

 

Некоторые товарищи говорят, что так как у нас капитализм слабо развит, то утопично ставить вопрос о социалистической революции. Они были бы правы, если бы не стало войны, если бы не было разрухи, не были расшатаны основы капиталистической организации народного хозяйства.

(Выступления на VI съезде РСДРП(б) т.3 стр.173.)

 

…Россия – заряжённое ружьё с приподнятым курком, могущее разрядиться от малейшего сотрясения.

("Рабочие Кавказа, пора отомстить!" т.1 стр.79)

 

Да, говорят наши меньшевики, что произошло там, во Франции, то и здесь, в России, должно случиться. Эти господа, подобно гробовщику, берут мерку с давно усопшего и этой меркой меряют живых.

("Временное революционное правительство и социал-демократия" т.1 стр.150.)

 

Пока движение было беспомощно, пока оно не приняло массового характера, реакция знала против пролетариата только одно средство, это средство – тюрьма, Сибирь, нагайка и виселица. Реакция везде и всегда преследует одну цель: расколоть пролетариат на мелкие группы, сломить его передовой отряд, запугать и привлечь на свою сторону нейтральную массу и, таким образом, вызвать разброд в лагере пролетариата.

Но дело повернулось совершенно иначе, когда движение приняло массовый характер. Теперь реакция имела дело уже не только с «зачинщиками» – перед ней стояла неисчислимая масса во всём своём революционном величии. И она должна была считаться именно с этой массой. А массу не перевешаешь, не сошлёшь в Сибирь, не вместишь в тюрьмы.

("Фабричное законодательство и пролетарская борьба" т.1 стр.287-288.)

 

Приписывать “разруху” на фронте исключительно агитации большевиков,- значит преувеличивать влияние большевиков. Ни одна партия не в силах поднять такую тяжесть. Чем объяснить, что наша партия, насчитывающая до 200 тысяч членов, могла “разложить” армию, а Центральный исполнительный комитет Советов, объединяющий 20 миллионов граждан, не мог удержать армию под своим влиянием. Дело в том, что солдаты не хотят воевать, не зная, за что они воюют, они устали, они обеспокоены вопросом о распределении земли, и т.п. Рассчитывать, что при таких условиях можно вести солдат на войну, значит рассчитывать на чудо.

("Выступление на экстренной конференции петроградской организации" т.3 стр.116.)

 

…весьма интересны оба закона от 15 ноября. Там, конечно, имеется много плохих статей, но есть и такие статьи, которые реакция внесла бессознательно и которые сознательно должен использовать пролетариат.

Так, например, несмотря на то, что оба закона называются законами «об охране труда», туда внесены такие безобразные статьи, которые в корне отрицают всякую «охрану труда» и которыми кое-где даже хозяева побрезгают воспользоваться. Оба закона устанавливают в торговых и ремесленных заведениях 12-часовой рабочий день, несмотря на то, что во многих местах 12-часовой рабочий день уже упразднён и введён 10- или 8-часовой. Оба закона признают допустимой сверхурочную работу по 2 часа в день (14-часовой рабочий день) в течение 40 дней в торговых предприятиях и 60 дней в мастерских, несмотря на то, что почти везде отменена всякая сверхурочная работа. Вместе с тем, хозяева имеют право по «соглашению с рабочими», т. е. путём принуждения рабочих, продлить сверхурочную работу, доведя рабочий день до 17 часов, и т. д. и т. п. Конечно, пролетариат не уступит хозяевам ни еди­ного золотника из раз завоёванных прав, и побасенки упомянутых законов так и останутся смешными побасенками.

С другой стороны, есть и такие статьи, которые пролетариат прекрасно использует для укрепления своих позиций. Оба закона говорят, что там, где работа продолжается не менее 8 часов в день, работнику предоставляется 2 часа па обед, причём, как известно, ныне ремесленники, приказчики и конторщики не везде пользуются двухчасовым отдыхом. Оба закона говорят также, что лицам моложе семнадцати лет предоставляется право, кроме этих 2 часов, отлучаться из магазина или мастерской ещё на 3 часа ежедневно для посещения школы, что, разумеется, будет большим облегчением для наших молодых товарищей...

Не может быть сомнения, что пролетариат достойным образом использует такие статьи законов от 15 ноября, достойным образом усилит свою пролетарскую борьбу и ещё раз докажет миру, что рубить голову чорту надо его же мечом.

("Фабричное законодательство и пролетарская борьба" т.1 стр.292)

 

Таким образом, три фактора вызвали кризис власти:

1) недовольство рабочих и солдат правительством, для которых политика правительства была слишком правой;

2) недовольство буржуазии правительством, считающей полити-ку правительства слишком левой, и

3) неудачи на фронте.

Это наружные силы, вызвавшие кризис власти.

А основой всему, подземной силой кризиса явилась экономи-ческая разруха страны, вызванная войной.

("Выступление на экстренной конференции петроградской организации" т.3 стр.117.)