Николай Рачков

НОЧНОЙ ПАРАД

 

Из гроба тогда император,
Очнувшись, является вдруг”.

М. Лермонтов


Сквозь бури, дожди и метели
Отсюда Держава видна.
Здесь - Красная площадь. В шинели
Идёт он, презрев времена.

Идёт к мавзолею. Ступени
От холода звёздно блестят.
Глядит он, как строятся тени
На страшный полночный парад.

Он смотрит в суровые лица,
Он трогает пальцем усы.
Молчит, как могила, столица
В тревожные эти часы.

До смерти усталой пехоте,
Воскресшей над мрамором плит,
Уверенно: “Вы не умрёте.
Вы живы. - Он так говорит.

- Статьи и реляции лживы,
Не стоят вниманья плевки...”
И грозно: “Мы живы! Мы живы! -
Ему отвечают полки.

- Вы нам прикажите. Мы встанем.
Ведь наши сердца - монолит”.
И громко: “Да здравствует Сталин!” -
Над площадью Красной гремит.

Он вскинет рукою и жутко
Окинет соратников тьму:
- “Со мною останется Жуков.
Всех прочих - на Колыму”.

- “Прости! Буду снова я верным.
Во всём виноваты враги...” -
Хрущев наклоняется первым -
Ему целовать сапоги.

Но облик его нереален,
Сгущается морок и чад...
И снова: “Да здравствует Сталин!” -
Беззвучно колонны кричат.

Спускается он с мавзолея
Туда, где одни голоса.
А следом, кроваво алея,
Растёт и растёт полоса.

Он смотрит в суровые лица,
Он трогает пальцем усы.
Молчит, как могила, столица
В тревожные эти часы.